out of the sun

Dear ladies and gentlemen

Трудно сказать, сколько любовей у меня было, в сентиментальном настроении считаю, что три, в добром – две, в приступе честности прихожу к выводу, что одна. В отчаянии мне кажется, я никогда никого не любила.

"Горький шоколад. Книга утешений"
Марта Кетро



А теперь ты ведешь себя как человек, который наконец-то понял, что он один в этом мире. С неприкрытой спиной, подставленной всем ветрам. А «добрый дяденька» — так, мираж, мечта: то снится, то не снится. Понимаешь, о чем я?

Макс Фрай


This is the high information для тех, кто чего-то не знал, но стеснялся спросить.

Леди от XX века, девочка с севера, девушка с веером, Томасина Сойерова, Робинзона с острова, звезда неба ясного.

Деятельность: "хорошенькая у меня будет жизнь, если я всю посвящу её вам!" - фыркнула Мэри.

Город Ижуцк: провинциальный, криминальный, уклон амбициозный. Выкладываю много фотографий, потому что "это полный сюр, сэр..."
Также я не чужда вылазкам в город Засолье Убийское, который тоже люблю.

Моя семья:
кости скелета, который хранится,
он еще может нам пригодиться -
мы любим играть в крокет.

Среда обитания: улетальная, но не летальная.

Главная работа: учительница младших классов (практически); учитель литературы (чисто теоретически).

Название диплома и единственной научной статьи: "эстетика выше этики с точки зрения эротического эстета".

Мой дневник: результат непрофессиональной сдержанности, тринадцати лет работы и непрерывного творчества. Место отдохновения. Не всё ж мне сдержанной быть...

Все имена вымышлены, топонимика изменена до лёгкой неузнаваемости - читать с полной невозмутимостью.

Collapse )
А теперь, дамы и господа...
American dream

Лето - время перечитывать любимое:

Вот спасибо, доченька, -- степенно произнес он, поклонившись Лизе в
пояс, -- я-то и выбраться не чаял.
Стал разгибаться, опять закряхтел, схватился за поясницу и, тихо ойкая,
осторожно присел на томик Гайдара, лежащий на столе.
-- Радикулит, проклятый, замучил, -- пояснил он Лизе, как будто все
остальное было ей понятно. -- Об эту, значит, самую пору в тысяча восемьсот
третьем году весной в сенях прилег, ночь сырая была, с ветром, вот из угла и
просквозило.
-- Нор-маль-но... -- только и прошептала Лиза, крепко держась обеими
руками за сиденье стула, чтоб не свалиться от изумления.
В свои без трех месяцев девять лет она уже почти потеряла веру в
чудеса. И хоть порой страшно, неудержимо хотелось, чтобы произошло
что-нибудь волшебное, сказочное, веры в такой вот случай оставалось все
меньше и меньше. Ну, совсем капелька, где-то на донышке сознания. И от этого
ей, особенно по вечерам, перед сном, в постели, часто становилось грустно, и
слезы подступали к глазам.
-- Ой, это кто ты?.. Кто вы? -- поправилась Лиза.
Глаза ее уже совсем высохли, округлились, и человечка она разглядывала
с жадным интересом, даже рот приоткрылся. Вопросов же было так много, и все
подступали сразу, что она вновь замолчала, не решив, о чем же спросить
сначала.
-- Фея я, -- тихо сказал человечек, смутился и стал разглядывать
пятнышко на переплете Гайдара, зачем-то даже поколупал его ногтем.
-- Ничего себе! -- возмутилась Лиза такому заявлению. -- Уж если я даже
действительно не сплю, так феи, во-первых, тетеньки, во-вторых, красавицы,
как мама, а в-третьих, всегда в нарядных платьях.
Теперь человечек обиделся.
-- Ну уж, ежели по порядку, -- сказал он и стал загибать корявые
пальцы, -- так, во-первых, бывают феи злые и потому уродины. Во-вторых, у
меня справка есть, что я фея, да вот в столе она, в пне то есть, на работе
осталась. А в-третьих, меня до осени назначили, временно. Феи, вишь, в
отпуска пошли -- лето на носу, вот и сказало мне начальство, мол, надо,
Федя. Песенку слышала? И я тоже Федя. Федя -- фея, вроде даже как похоже. А
вообще, из домовых мы, да дом-то наш снесли. Строительство идет, значит.
Квартиры всем дают с удобствами. Что за удобство, коли печки нет?! Где
домовому жить? Дали домик отдельный, а зачем он мне, одинокому? Эх, ерш тебе
в печень!..
-- Ой! -- спохватился он и закрыл рот ладошкой. -- Ты меня, гриба
старого, девонька, не слушай. Мне и начальство говорит, мол, тезаурус у
тебя, Федя, сильно засоренный.
-- А что это: теза.. .терюза?.. -- выпалила Лиза, хоть спросить ей
хотелось совсем другое.
-- Это, понимать надо, слова так все, что в голове, по-умному
называются, -- туманно объяснил Федя и продолжил свой рассказ: --
Фантолетта, фея такая есть, ну ничего не скажешь, взаправдашняя. И
красавицей была, да только пожилые они сильно стали. Вот она в отпуск и
уйди. Отправилась к себе в Тень-Фонтанию, а корзинку с балабончиками и
забыла. Назад вертаться ей туда-сюда здоровья нет, телеграмму отбила, меня
начальство вызывает, так, мол, и так, Федя, отвези в Фонтанию балабончики.
Ну, я мужичок еще крепкий, шестисот нет! Отправился в башмаке-самолете, да
перевертелку номер одиннадцать в дороге подзабыл, вот и авария -- в стену
твою врос. Это еще удача, что ты дома одна. Я тебя прямо из стены заколдовал
маленько, ты меня нарисовала -- из неволи вызволила. А на взрослых
колдовство наше не действует, -- огорчился Федя. -- Какая-то штука в мозгах
к годам шестнадцати зарастает, и все тут.
-- Ой, ой, подождите, -- взмолилась Лиза, -- я так не успеваю! Вы
расскажите, пожалуйста, кто это -- начальство, что за Фонтания, что за
балабончики? И что это значит -- перевертелка?
Похоже было, что Федя не торопился. Он удобнее устроился на книжке,
руку запустил в башмак, извлек два желтых леденца. Один, потерев рукавом,
домовой протянул Лизе, аппетитно захрустел вторым и, прожевав и
откашлявшись, продолжил:
-- Начальство у нас, Лизавета, строгое, но понимающее. Название ему --
Дракошкиус Мурлыка Баюнович. Должность -- Великий Маг. Три головы у него
кошачьи и хвост кошачий, пушистый. Размером со слона будет, а крылья, как у
Змея Горыныча, но шерстяные, полосатые. А сам ангорской породы. Левая голова
у него за население отвечает, правая -- за достояние народное: мечи, там,
кладенцы, скатерти-самобранки, шапки-невидимки. Ну, а средняя, главная
голова -- за высоту моральную всей нашей силы волшебной.
Теперь, опять же, Тень-Фонтания. Солнце там, понимаешь, жаркое, потому
везде фонтанчики бьют, какой с газировкой, какой с пепси-колой, какой с
"Ессентуками", семнадцатым номером. А как попадешь туда, над тобой зонтик из
перьев павлиньих раскрывается, летает за тобой, тень дает и обмахивает. А
ежели, к примеру, загорать желаешь, хлопнешь в ладошки три раза, он и
отлетит в сторонку. Потом опять хлопнешь, он снова прилетит. Феи там,
видишь, отдыхают,-- рассердился Федя. -- А нам, нечистой силе, путевки в
Берендеев лес полагаются. Я этот лес на дух не переношу, там, хоть
разорвись, "Ессентуков" вовсе не достанешь. Люблю, грешным делом, поставить
этак бутылочек с дюжину около себя, да и выкушать вечерком под ведьмин
корень. Уж лет с полста, как на минеральную водичку перешел. Раньше-то я...
ну, это тебе не интересно, -- спохватился Федя и надолго, почему-то,
замолчал".

Сергей Белоусов: "Вдоль по радуге или приключения Печенюшкина"


Collapse )
sky

Поездка в Шаакен (Россия, если что), где мы встретили парочку прекрасных феодалов!

Страшно не люблю копировать какие-то статьи для дзена сюда (это просто... совсем разные жанры),но я так скудненько и плохо написала когда-то про Шаакен, что хочется повториться:

Замок Шаа́кен (нем. Schaaken) — бывший орденский замок в посёлке Некрасово.



Collapse )
ghost

(no subject)

Так вот. Перепечатываю отрывок из любимейшей книги про Иркутск "Конный двор" Дмитрия Сергеева:

-"Одноэтажный дом на углу улицы Баррикад и Учительского переулка сохранился. Дом сложен из листвяка - такой простоит и сто, и двести лет. Тогда в нём была начальная школа. Там я заканчивал четвёртый класс. А три года спустя позади Казанской церкви возвели новую кирпичную школу. Старое деревянное здание недолгую пору служило столярной мастерской, в нём проводили уроки труда, потом его отдали под жильё семьям учителей. После войны я бывал в нём, заходил проведать нашу классную руководительницу. Тогда в доме ещё сохранялась прежняя планировка на школьные класы, добавили только дощатых простенков, чтобы вышли комнаты. Квартиры были неуютными.

Немного поодаль на правой стороне улицы Баррикад я узнал другой одноэтажный дом, памятный мне. Здесь помещалась библиотека. Она и теперь находится тут. Прорубили только другую дверь посредине, прежде ход был через сени с дальнего торца.

Повёртывать в сторону Ушаковки я не стал. Двухтажного дома, в котором мы с матерью семь предвоенных лет, с места, где я теперь стоял, не было видно. Я не уверен, сохранился ли он: как-никак временная постройка - барак. Верно, бараки эти даже и самые неприглядные из них, удивительно живучи. Скорей всего, и наш стоит на своём месте в глубине двора. Но я решил: на сегодня хватит, приеду вторично, тогда и взгляну. Впечатлений на один заход и без того много":



Collapse )
out of the sun

Немного бурятского хокку: см. фиолетовые баннеры

Это я внезапно водила летнюю площадку 64-ой школы по зоопарку на Фортуне - не могла не прогулять чуток по улице Октябрьской Революции (бывшей Шелашниковской):


Collapse )
εὐρυθμία

Комната

ВКонтакт показал кусочек фильма "Комната", а в комментариях писали, что "книга круче". Мол, "открыла в 11 вечера, в шесть закрыла". Ну... я в пять утра отрубилась, а утром дочитывала... просто потрясающий роман Эммы Донахью, которая не побоялась написать роман от лица мальчика, который с матерью живёт в комнате 11 кв метров - в плену у маньяка, который украл девушку, когда ей было девятнадцать лет... сперва у неё родилась мёртвая дочка, а потом Джек.
Джек - это немного Улисс, Самсон и Холден Колфилд пяти лет. Многих отталкивают физиологические подробности в романе, но боюсь, если два человека живут на 11 метрах, отъединённые от всего мира с маньяком, то... физиология неизбежно вмешивается в жизнь.
Ма рассказывает мальчику всё, что знает, и я улыбалась, тк они играют в то, во что я играю с детьми: Саймон говорит, Пол и Питер, поют псалмы и "Это наша земля" (так люблю эту песню ко дню Благодарения!), читают наизусть "Дом, который построил Джек", играют в римфмы. А ещё она рассказывает ему про Монтекристо... что нужно притвориться мёртвым, она завернёт его в ковёр - и у них появится возможность бежать.
Самый ужас ожидает их после возвращения. Они жертвы, дикари, и родители девушки ведут себя странно, ведь она умерла для них 9 лет назад... и лучше бы она умерла, - говорят они.
-Почему дедушка не хочет тебя видеть? Он хотел бы, чтобы тебя не было.
-Ну и дурак, - говорит Джек.
Он замечательный парень, хоть его и заносит (как и всех детей порой...).
Понравился второй муж бабушки, который спокойно реагировал на её истерики: - Не знает, что такое чипсы? Поест домашней лапши... не знает, что такое ЛЕГО? Мы с тобой без него выросли, и ничё, не умерли...

Там большая трагедия скрыта. Жертвы никому не нравятся... это как вернуться с войны и обнаружить, что ты со своими культями вместо ног и воспоминаниями многим людям неприятен... ибо все хотят видеть лишь красивое, доброе и прекрасное.
Врач советует отдать ма Джека бабушке с мужем- мол, ребёнок адаптируется, дети быстро забывают... а мать успевает наглотаться таблеток, но... Джек её опять спасает, позвав на помощь.
Давно не читала такого гимна силы духа и веры в хорошее. Понятно, что молодая ма и юный Джек несколько более начитаны, чем среднестатистические люди, но... иначе читать было бы не так интересно:

"Я замечаю, что люди в окружающем мире почти все время живут в напряжении и постоянно жалуются на нехватку времени. Даже бабушка часто жалуется на это, а ведь они с отчимом не работают, и я не могу понять, как другие люди ухитряются работать и заниматься всеми иными, необходимыми в жизни делами. Нам с Ма в нашей комнате хватало времени на все. Я думаю, что время тонюсеньким, словно масло, слоем равномерно распределено по всему миру, по его дорогам, домам, детским площадкам и магазинам. И в каждом месте находится очень маленький кусочек, поэтому все бегут, чтобы успеть его захватить.

И везде, где я вижу детей, мне приходит мысль, что взрослые их не любят, даже их собственные родители. На словах они называют детей лапочками и умницами, заставляют их по многу раз принимать одну и ту же позу, чтобы фотографии получились получше, но играть с ними не хотят. Им больше нравится пить кофе и болтать с другими взрослыми, чем заниматься со своими детьми. Иногда маленький ребенок плачет, а его мама даже не замечает этого":



Collapse )
say in jest

Неизбежные воспоминания о днях былых:

Иногда я чувствую вину перед каким-то регионами, что писала мало, скудно, вскользь... или только в соцсетях фиксировала какие-то виды, скупо снабжая парой строк. Теперь навёрстываю и... будто второй раз катаюсь по тем местам: Кранц, Раушен, Тильзит, Шаакен, кирха Святой Барбары... утешает, что память моя тогда была ещё крепка, и я пишу легко (пусть не как Фраерман со слов Паустовского), но хотя бы не опираясь на Википедию, а на одну себя, что почти всегда лучше. Поверьте:

https://dzen.ru/a/ZmHSmoXddF7elaBB?share_to=link
say in jest

Прекрасный иркутский закат в Солнечном

Ну вот и подошло наше девятилетнее сотрудничество с семейством Алексеевых к концу... больше не буду ездить в Солнечный:). Только в бассейн:)



Семья Агаты подарили мне на память очередные санлайтовские серёжки, но сделанные в России, в Костроме... серёжки о русской литературе, конечно, станут любимцами: Бегемот на люстре, Маргарита на швабре:


Collapse )
last spring

(no subject)

Очень понравилось нынче перечитывать, как Санин пришёл в дом к итальянской семье, и был зной, и все предлагали ему посидеть ещё, а потом у матери семейства разыгралась мигрень, и она уснула в затемнённой комнате, в кресле, а дочь сидела рядом и просила Санина поторговать в лавке за неё, и как он ловко взвешивал печенье, посыпал его сахарной пудрой, разливал липкий оршад, сноровисто лазил в банки, где-то продешевил, где-то покупателя обобрал, и как они с Джеммой полузадавленно хихикали, боясь разбудить маму... и как вечером, когда она проснулась, "его не отпускали под тем же предлогом ужасного зноя, а когда зной свалил, ему предложили отправиться в сад и пить кофе в тени акаций"; ему предложили сыграть в карты, и посмотреть, как их пудель Тарталья может показывать смешные трюки, и как он любовался Джеммой, и был совершенно счастлив...

best beloved

(no subject)

Иногда думаю: почему не купить себе аппарат УЗИ и самой уже проверять всё?.. Измерять мышкой, а там тебе зелёные стрелочки будут всё писать.
Прихожу к Людмиле Михалне, смотрю на монитор, а там чёрный мячик от пинг-понга. И я его не глотала.
-Сколько? - спрашиваю.
-Три и пять см.
-Не отлично, но и не ужасно.
-Приходи теперь в августе. Может, исчезнет.

Первые годы я всё имена этим образованиям придумывала (Деймос и Фобос меня чуть не прикончили), сейчас Тузики-Бобики уже все закончились... Этот будет просто Шарик.

Если не трястись по просёлочным дорогам, не заниматься спортом, не поднимать ничего тяжелее пакета из супермаркета, то жить это не мешает. И вообще... главное, что не в голове. Там бы это всё усложнило.