Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна) (goldi_proudfeet) wrote,
Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна)
goldi_proudfeet

Провидение послало мне выходной. Третий класс уехал молоть пшеницу в деревню.
Погода стоит такая, что впору продать душу дьяволу за прогулку по красивым парковым местам, но я трезво рассудила, что нельзя два дня подряд прохлаждаться (см. предыдущий пост, где я работаю в две смены, а толку в этом ноль - это сарказм), поэтому я принялась за вчерашнее - вчера, кстати, помимо детей, я успела творожно-апельсиновый пирог, потому что если я не испекла один пирог в день - день прошёл зря.

Подозреваю, что мой обсессивно-компульсивный синдром так даёт о себе знать. Вот наша бабушка, к примеру, моет холодильник. Раз в две недели. Она выдёргивает его из розетки и вытаскивает часть продуктов на стол. Потом приходим мы с мамой и делаем остальное, пока бабушка читает газету, а я парю её ножки в тазике и убираю погром в квартире - например, бабушка искала платье, поэтому вывалила всю одежду из шкафа на столы, диваны, стулья и - частично - на пол.
Меня преследуют пироги. Они меня душат, как стихи - поэта. Поэтому я живу в непостижимом для других ритме: яблочный, манник, творожно-апельсиновый, яблочный, манник, творожно-апельсиновый... короче, почти "тройка-семёрка-туз".

Для разнообразия был испечён грибной пирог из дрожжевого теста, которым я балуюсь только в выходные.

А теперь я собираюсь откусить немного золотой прощальной осени, заменяя красоты природы красотами улицы 1-ой Советской, которая является у меня "чистовой" (честь черновая дорогая к бабушке - короткий путь по Красных Мадьяр).

Зато во сне я гуляла роскошно... мы с мамой гуляли по заброшенному рынку сталинского ампира, где истёртые ступени вели в анфилады залов с мраморными прилавками, на которые - редко-редко - кое-где торговали мясными тушами, разложенными на одеялке... Осыпалась гипсовая лепнина, но кое-где я могла прочитать не по-древнегречески, но вполне себе по-русски: "молоко", "мясо", "бакалея" и т.д.
А после мы вышли на осыпающийся берег густо-синей реки. На том берегу стояла больница с белыми колоннами, среди которых стояли и курили врачи в белых халатах, в белых шапочках, выпуская из себя белый дым, который летел над рекой, а я закрыла глаза и сказала:
-Как хорошо!...
-Не могу с вами не согласиться, - сказал главврач этого заведения, вошёл в воду и поплыл по синей-синей реке, лёжа на спине, пуская белый дым, распушив белую бороду.
Может, он ещё что-то говорил, но течение его унесло за поворот.

А ещё на улицах в тот день пели и танцевали цыгане в чёрно-красных одеждах, а на одном доме я заметила оранжевую плитку с узором в виде тыкв... кое-где зияли провалы домов после бомбёжек, и в комнатах можно было увидеть мутно-золотые лампы на цепях, - точно такие висят в на некоторых станциях метрополитена.

...но в прошлый мой свободный день (с одиноким уроком) нам удалось отвлечь внимание бабушки на пару часов и съездить в район переплётной мастерской, где всё те же бараки, засыпаемые сухой ржавой листвой, где виден край, если не берега, то жизни, а ещё я вдруг почувствовала едкую горечь в сердце, когда проезжала мимо новой школы. Раньше она была цвета кровавого кирпича, а обнесена была белой оградой с белыми шарами и непременными чугунными лавровыми веночками... двор это школы окружали высокие тополя, и она так гармонично вписывалась между проходной домов военных, где каменные тюльпаны окружали этот вход-склеп со звездой, где по-прежнему сверкает острый клюв МиГ29, но всё уже носит следы запустения и потери смысла во всём этом.

Tags: o mummy mummy blue
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments