Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна) (goldi_proudfeet) wrote,
Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна)
goldi_proudfeet

Categories:

работа, работа, работа, работа, работа...

Так я отжигала на работе лет пять назад, в бытность мою училкой широкого диапазона - с 1-го класса по 12-ый. Я как-то раз собралась и... ушла с работы, позабыв про какой-то урок лит-ры в восьмом классе.
СПУ позвонила: - Ты где вообще?
Я, ошарашенная, покаялась, что уже дошла до остановки.
-Топай дальше, - сказала СПУ. - Займёмся контурными картами.

Сегодня меня вызвали к завучу ("вызвали" звучит круто для учительской размером с кухню), усадили и говорят: - Аня. Почему ты не пришла на урок в пятницу?
-Какой урок?
-Последний.
-Я провела уров к половине седьмого, пообщалась с родителями, раздала работы и... не помню.
-Ты обулась и ушла домой.
-А... я решила, что раз в учительской никого нет - всё кончилось.
-Аня... Аня...
-Приношу свои извинения, - растерянно проговорила я, ибо слегка испугалась своей ранней старческой деменции. - Это я накосячила с расписанием.
-Постарайся, чтобы больше без косяков, ладно?

Поэтому на планёрке я сидела, опустив очи долу и не вякала, что хочу пойти позавтракать или пообедать. И позавтракать-пообедать вышла с работы только в пять вечера. Потом ноги как-то сами понесли меня в магазин за книжкой сказок, а потом анна андреевна, падший ангел, осела в пабе через дорогу и приняла на грудь глинтвейну. И повязала. Повязать в пабе розовое одеяльце для малыша подруги (у неё ещё нет малыша, но это неважно) - мой новый цирковой номер. Потом пошла через дорогу, а на скверике лежит камень... там высечены какие-то слова про учителей и шумящий класс тополей, - в сумерках дёрнулась испуганно... завтра пойду перечитаю при свете дня (в скверике без деревьев, где Куйбышев стоит).

На улице набрела на Агату - я давно не была так счастлива. Как приятно встретить родного человека, который меня з н а е т. А не так: - Здравствуйте, меня зовут мисс Энни, я веду у вас английский язык, - сегодня представилась детям, которые меня, оказывается, уже знают... но я об этом не помню, ибо восемь уроков в день как-то... стирают у меня память.

На планёрке опять пели календарно-обрядовые песни на тему внешнего вида... при том, что я не ношу ни балеток, ни кофточек в цветочек (вру... ношу!), ни перьев, ни страз, ни блёсток (вы видите, как я страдаю?! - я как в монастыре, блин...), ни цветных колготок, ни джинсов (!!!), ни свитеров, ни распущенных волос... но я страдаю. Т.к. слово "нельзя" меня убивает, а отнюдь не делает сильнее.

Две студентки-англичанки, кстати, решили проблему волос кардинально - подстриглись коротко.
-Только ты не вздумай, а? - сказали дома.
Но я согласна на узел на затылке, т.к. хочу сохранить память о временах, когда мои дети рисовали меня с гривой кудрей на весь лист. В конце-концов, они бы расстроились, - говорю я себе. - Т.к. они любили их заплетать в шесть рук, а я любила делать вид, что я сержусь.

После семи-восьми уроков я прихожу домой и нахожу в ящике пару писем, основная мысль которых проста:
-Мисс Энни... Вы, что? - вообще там по нам не скучаете, что ли?!
или такое: - Чем Вы там занимаетесь, а?.. Возвращайтесь уже... сколько можно-то?
-Чё, я, по-твоему, бессердечная? - конечно, скучаю, - слабо огрызнулась я в ответ на чистейшем русском языке, потеряв привычную сдержанность.

Совсем сдурела эта мисс Энни. Согласна.
Tags: мерцательная аритмия, труды и дни
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments