Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна) (goldi_proudfeet) wrote,
Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна)
goldi_proudfeet

Categories:

зелёные портьеры Скарлетт О'Хара

-Гендальф хотел мне ещё разного на обратном пути показать, но я торопился, иначе бы к торгам не поспел...
(с) "Властелин колец"


Чем меня бесит нынешняя работа, помимо того, что я не вижу родную мать, например, как она говорит (остальные-то ладно - чёрт с ними; но про маму как-то чересчур); но и тем, что тут происходит массовое разграбление бабушкиной квартиры, а я торчу на работе с книжкой - в перерывах между уроками, истекая кровью сердца...

Тётушка совершила недавний набег, и сегодня я с облегчением заметила, что вывезен наш телевизор (одной головной болью меньше); но спохватилась, что этак ничего не останется; а не только головы какого-то козла с рогами из прихожей и...
когда-то я спросила Филибера: - В советской квартире твоих покойных бабушек-дедушек какая картина, писанная маслом, висит?
-Цыгане у костра. А у тебя?
-Дубок.

Короче, багет и "дубок" заранее был наш; но я сегодня заставила папу тащить ковёр, который я решительно стащила со стены со словами: - русский, хватит жить убого: сними ковёр, повесть Ван Гога. А ковёр - положи на пол.
Теперь это зелёно-золотистое великолепие в тон золотисто-кремовых штор устилает нашу гостиную, и я довольна, ибо хоббитская практичность побеждает всё.
После смерти мне достаётся материальное утешение; м.б., поэтому я считаю свою работу адом - я опять лишена возможности наводить красоту, фотографировать, печь, готовить, ходить по магазинам и... делать всё, ради чего, мне кажется, и стоило рождаться девочкой, а не мальчиком. Ибо я старомодна и считаю, что я была бы идеальной женой какого-нибудь милого и состоятельного человека, в итоге - приходится изображать сельскую учительницу, но с меньшим окладом, чем во времена всеобщей благословенной неграмотности.

Решила в другой раз вооружиться отвёткой и открутить медные вешалки в виде французских лилий. Разбирать вещи забавно: что сам когда-то дарил - к тебе и вернётся, если тебя, счастливого, не похоронят раньше. В итоге - мраморная чёрно-белая шахматная доска, которую дарили дедушке на незапамятный юбилей, теперь лежит у нас на кованом столике. Кот Бегемот - сверху.

Ехала я за корзиной, полной фарфоровых блюд, которые я торопливо прикрыла скатертью с бахромой, для мамы; и за шоколадно-пастельным вторым томом "Унесённых ветром", ибо мама привезла мне только изумрудный с золотом - первый.

Иркутск же засыпает сахарно-кристалльным снегом третий день, и я часто думаю, что это самое красивое, что бывает на свете. Вполне искренне.

На танго все забавные: грезят об Аргентине; в церкви тоже все были милые - верили в Бога и прочую благодать; а я всюду зеваю и думаю, что я вообще ни о чём таком не мечтаю... ибо у меня всё есть (кроме денег и счастья, разумеется); и надо бы чего-то хотеть - хотя бы уволиться и найти нормальную работу, но... как-то в этом аду уже привычно, а если представить, что с января начнётся новый ад - то как-то лучше уже лучше умереть в этом аду - он хоть знакомый.

В итоге - у нас новый ковёр, а ещё я привезла портрет прабабушки Лизы в багете и заставила папу скакать по стенам с молотком. Извлекла на свет божий вид усадьбы Сукачёва с деревом-лирой, которую эти шарманщики год назад срубили, а оно было при В.П. Сукачёве - раз; при мне - два; теперь у нас в гостиной та картина, которая висела во времена стенки между столовой и кухней. После мы пробили в стене проём, а картина долгое время стояла возле хлебопечки. Наш тогдашний кот Ким любил лежать между печью и холстом, - как я это называла.

Привезла жестянку для лавровых листьев - похожую на ту, которая у нас; ещё - глянцевую чОрную книжку с яркими фотографиями и рисунками Восточной Африки, по которой я с дедушкой училась читать - "мы сидели на залитой солнцем террасе отеля Хилтон...".
Позвонла маме в больницу и описала трофеи.
-Ну, я рада, что ты хоть что-то взяла, - вздохнула мама, ибо она бы сохранила всё, включая "страницу и огонь, зерно и жернова,секиры острие и усеченный волос", по слову Бродского.

Мне бы хотелось, чтобы после моей смерти кто-нибудь всё это бережно сохранил, использовал и радовался - как я радуюсь своей советской электрической вафельнице, ибо она уцелела в том вихре самоуверенного: будет ещё! - во времена, когда все отдавали очередному поколению детей всё: от коляски и ползунков до кинопроекторов и коробок с диафильмами, ибо детство никогда не кончится, и "эта музыка будет вечной", а теперь я уже знаю, как дороги вещи из обеих несуществующих империй - как российской, так и советской, поэтому заранее берегу, оберегаю и храню. Ибо вещи - прочнее и договеченее людей, чувств, империй...

Так, в трудные времена, когда я таскала какие-то обломки прошлых жизней в благотворительную лавку, хватило ума покопаться в ящике ёлочных игрушек из прошлых и неоправдланных ёлок, найти там звезду, которую мама привезла из Дании когда-то - тонкий тюль, натянутый на проволочный каркас, посеребрённый... сейчас такие и здесь, разумеется, бывают, но тогда - нет; приберечь, спрятать с глаз своих.
Шевельнулось в памяти: М., например, давно нет в моей жизни (и не надо), а украшения до сих пор ношу, с игрушками до сих пор сплю - их я люблю больше, будем откровенны. Просто за давностью лет, которые с ними провела и пережила. Это больше, чем человек - это больше, чем любовь. Это моя юность. И только это имеет значение.
То же и с другими. Все они давно мертвы - этих людей нет ни в одной телефонной книге, ибо они изменили не только имена, но и клеточный состав, но... надо извлекать пользу из всего. Вот кот игрушечный с тех пор остался - знаю, что под толстым слоем ваты и тополиного пуха в его груди... настоящее тряпичное сердце. Сердце, в котором зашиты какие-то стихи и бубенчик. М.б, если я ещё периодически и появляюсь на стороне света - то благодаря этому коту, который сидит возле моей постели последние семь лет.
Теперь и детская звезда пригодилась: радую ею сотню детей в Бэбиленде, укладывая детей на пол и на ковёр по восемь человек, бегая вокруг в колготках, скинув туфли, с этой звездой, под музыку, а они лежат, раскинув руки... кто-то улыбается, подмигивает, как я, а кто-то - смотрит безрадостными голубыми глазами в потолок; а потом я наклоняюсь и делаю обманчивое движение. Наивные дети ловят звезду, осторожные - закрывают глаза, а потом я надеваю кому-то звезду на пальчик - за петельку; помогаю подняться, и мы кружимся с ним в танце двух звёзд; после - поднимаются остальные, и мы водим большой хоровод, кружась, раскинув руки... кому-то я даю золотую фею с крошечным "бриллиантом" - ставлю статуэтку на ладошку. Ребёнок кружится быстро, но старается фею удержать и не уронить. Никто ещё не уронил, надо сказать. После - они обмениваются. Иногда - целуют звёздочку или фею, а потом возвращают мне в руки, а я в этот момент не хихикаю над тем, какие они наивные идиоты, а вполне уважительно смотрю - для них это всё не менее настоящее, чем для меня в детстве...
Сейчас я с таким благоговением отношусь лишь к деревьям; остальные предметы потеряли конкретную одушевлённость, хотя... если вчитаться в то, о чём выше, то... думаю, что они просто спят. Но на самом деле - они как раз всё видели, помнят и... они-то меня никогда не подведут. И переживут, если всё будет хорошо.

900_gone_with_the_wind_blu-ray4x1_original.jpg
Tags: "а я тебе оставлю пару незаметных вещей.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments