Потому что я знаю: на койке, в больнице, сжимая в руке апельсины (...так ведь я же не видел тебя никогда из-за сильного света...) — ты за это за всё никогда меня не покинешь, и я тоже тебя — никогда не покину — за это. Д.В. Забредаешь после семи уроков в вечерний супермаркет, щурясь от нестерпимого люминесцентного света, поднимаешь голову над прилавком с апельсинами, протянув руку и замираешь, так как видишь огромные глаза Элизабет, которая ещё в декабре уехала во Францию, но помнит тебя из своих невысоких четырёх лет и говорит: - Хэллоу, - робко улыбаясь, а потом тянет отца за рукав и шепчет, скосив на меня свои глазищи гостьи из будущего. -Хэллоу, - отвечаю я, продожая выбирать апельсины и... думаю, что, наверное, любимый "ликёр" солодки и апельсины ещё как-то меня в вечном кашле и темноте поддержат, и вообще - я ещё продержусь какое-то время.