Черёмухи затрепетали флажками алых листьев. А в парке - жёлтых. Этакие первые сигналы проводников перед отправлением поезда... и первая синичка, которая слетела с яблони в ту траву, что за остановкой "Эталон" - за серым домом. Там есть тропинка, зарастающая буйной крапивой выше пояса... если нырнуть между серой коробкой хрущовки и кирпичным административным зданием... но тропинкой пользуются редко, ибо крапива. Но тут её срезали этак под полубокс.... а в парке и вообще трава напоминает робкую щетину, отрастающую у приютских детей после нашествия вшей. Это я сегодня и через парк шла, и побывали мы на Амурском кладбище с мамой, ибо август... возможно, что один из последних таких дней. Замечали, что в августе словно лёгкой дымкой всё окутано? Словно вся зелень бледнеет и вот-вот растворится. Ну, или облетит и улетит, что точнее, конечно же. Видели памятник хорошего камня с надписью "Святый Боже, святый крепкий, святый безсмертный, помилуй насъ", а сверху прикручена грубая железная табличка с фамилией какого-то "иванова" и годом смерти 42-ой. Простота, что хуже воровства... и не узнать, чей то был памятник, где "святый боже". Там нынче стеклянные ягоды боярки уже такие, что впору вешать на уши. Ну или на грудь - кому как... и яблони смыкают свои узловатые тонкие пальцы и руки над головой, мешая живые ветки и мёртвые... живые и мёртвые - и все рядом. Сухие и серые поблёскивают как жёсткая и некрасивая седина (не благородная, не белоснежная) среди девичих и нежных кудрявых кос с зелёными и яблочными завитками - серебро и золото. И бледные ранетки: как щёки тех же юных девиц - тугие, белые, но тронутые пятнышком румянца. А как хорошие сухие травы, отмеченные крутым завитком пуха!.. И метёлки колосьев... они в и мае были такими же сухими, но сейчас на них налипают тонкие паутины, все это тонет в серебристо-зелёном море зелени и усталого солнца, которое светит, но не так уже греет. И чешуйки тёплой ржавчины на всех бедных и богатых оградках... и совсем мёртвые деревья, выпроставшиеся из могил. И живые - красиво, если из могилы растёт стройная сосна или тёмная и прохладная черёмуха. Почему-то яблони менее долговечны - часто такая засыхает и торчит из бугра могилы скрюченными плечами и пальцами, а рядом - ржавая коробка памятника или креста. Как-то слишком уж "готично" на мой вкус. Впрочем, тут на любой вкус можно найти признаки осени и смерти. Смотрите сами: - тут я на этой тропинке знаю каждую горбинку, вроде, но не перестаю удивляться, восхищаться... и сопереживать (или переживать? - ибо мёртвым всё равно, а страдаю просто я одна) - т.к. за гаражами ри растут новые дома, сжимая этот кусочек леса в кольцо... - а это та самая дымка августа, от которой в детстве, юности и молодости у меня перехватывало тревожно горло и сердце - от нехорошего предчувствия осени, октября и грядущей болезни. Теперь я знаю вещи пострашнее болезней, поэтому август не приносит мне тревоги, а одну только грусть. ну, а это уже в Иерусалимском парке (ЦПКиО): черёмуха нынче такая рясная, такая вкусная, что вечерами там ходят люди с вёдрами и собирают. Чаще всего это очень определённые люди... а ещё забавно, что многих потом встречаешь на центральном рынке - под горой, где они эту ягоду продают несведущим. Филибер сюда недавно приходил - набрал себе веточек, чтобы дома съесть. Я посмеялась: - что, не растёт у тебя дома такая? В общем, перефразиуя Марину Цветаеву: "кладбищенской... черёмухи (!) вкуснее и слаще нет": а это прилетели три открытки: от Ярославны - из Бата, из имения Джейн Остин; от Вайолет-Вали - из префектуры Исикава; от Аси Тургеневой - из Питера.