Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна) (goldi_proudfeet) wrote,
Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна)
goldi_proudfeet

Category:

кроваво-красный апельсин солнца, внезапный урок при свечах, начало Адвента

Пока я тут жила нехитрую свою жизнь, у Лены Элтанг вышел новый роман (всё новое - хорошо забытое старое) "Царь велел тебя повесить". И мне страшно его читать, т.к. это всё те же "Барабаны", но с другой концовкой... и другими вставками... там есть письма Зои, и мне кажется, что я читаю письма СМД. Настолько они с ней похожи всю жизнь были.
Ну, и "Барабары" - самый страшный роман... или нет? "Картахена" страшнее? Словом, если "Куманика" и "клёны". это сплошное детство, юность, радость, почти_счастье, Саша и Морас, то дальше начался ад. Просто ад... с другой стороны, ни одного писателя я никогда не ощущала так близко биографически: В 13-ом году мог начаться только он.

Сегодня было хорошее начало Адвента. Сегодня, двадцать четвёртого ноября, температура воздуха в городе Иркутске двадцать один градус ниже нуля, всё покрыто чистым и хрустким снегом.
И я иду из детского сада по улице Троцкого Свердлова, но собираясь свернуть на Робеспьера Марата, вижу черноту окон, серебристо-грязную и неровную реку машин, не отдаю себе отчёт, что чёрная вода окон - это неспроста... потом глянула на дверь вино-водочного "нет света", сообразила, что в "Океан" заходить нет смысла - и его стеклянные двери полны стоячей чёрной водой тишины.

В школе было так темно, что поднималась ощупью, держась за перила. Слабый сумеречный свет чуть сочился на площадке, а потом - за стеклянной входной дверью увидела как плывёт по коридору фигура вахтёра, колыхаясь шарфом и белея тарелкой в руках.
-Все здесь? - шёпотом спросила я.
-Все сидят... ждут. Может, дадут свет? Уроки идут.

Просочилась в учительскую. Там горела тусклая свеча на полке с обувью. В туалете было поярче^ горели свечи, выхватывая деревянные панели, оставшиеся от прежней хозяйки.

В офисе были люди, подсвечивающие всё телефонами, а я размотала метр гирлянды с аккумуляторами. Помните, я ещё переживала, что разбила коробочку? В итоге, конечно, склеила её, но гирлянду теперь нельзя никому подарить - только себе оставить. Вот и работает она у меня во всех классах, садиках... всегда с собой - очень удобно.

Урок вела при свечах - учительница третьего класса расставила по партам чайные свечи - всем по две штуки. В итоге видно было всё, и даже больше. Впервые разглядела у Кати на шее бусы с неярким розоватым кварцем... мелкие же вдруг потянули руки к моей феечке из Диснейлэнда, которую привезла несколько лет назад Ярославна. Видимо, в темноте лучше видны именно детали. Или только они и видны?..
Попели "Кэролл оф зэ бэллз", а потом и свет дали, и всё записали... затем свет ещё гас, но уже ненадолго. И ещё взяла с ними стихотворение Р.Л. Стивенсона про кроваво-красный апельсин солнца, замороженную и пылающую сонную голову, про ощущения бега утром в ванную - с холодной свечой. Даже смеялись...
Вечером сидели в обнимку с Малышкой Мирабель, т.к. она ждала маму, а я проверяла альбомы. Пришла наш секретарь и кормила нас вкусными самодельными конфетами. У меня попалась с подтекающей роскошной черникой внутри...

Господи, как я люблю вторые смены за это ощущение праздника из "ничего". За таинственную темноту, за ощущение Рождества, которое не нужно создавать - оно уже готово, и даётся тебе в подарок... так люблю зыбкость и черноту улиц.. и даже леденцовые окошки почты. Там была огромная очередь, и мне не хотели продавать коробку "это не по моему подрасчёту, стойте в длинную очередь".
Дяденька какой-то спросил: - Что нужно?
-Две коробки.
-Маленькие?
-Да.

И... просто купил мне эти коробки. А я ему отдала деньги. И всё. И пошла потом в "Новозеландские пироги" - на тот кончик Свердлова, который почти упирается в набережную... от семи вечера до восьми там можно покупать пироги с большой скидкой, т.к. "остатки сладки", а выпечку им нужно распродать всю. И купила не только с тыквой - те, кстати, скоро отойдут, ведь сезон прошёл, и, кажется, я наелась... а ещё попросила с вишней и клубникой. На витрине остались только одинокие пироги "свинина-фасоль", тыквенный пирог с треснувшей корочкой... и всё. Сунула пакет в сумку с игрушками - поверх, а потом похрустела и похрупала сапогами прочь.
Мы на днях ели их с Ярославной и я сказала - Привези мне "говядину с грибами", пожалуйста!
- ибо сама купила пирог с абрикосами и жаждала чего-то менее "воздушного", короче, зима... и мне трудно сосредоточиться на чём-то высоком. Вечером ели с отцом пельмени и запивали вином.
Из полезного могу заставить себя есть хурму (Марина Ивановна вчера принесла в пакете три огромных - без косточек... куда там с годами делись все косточки, кстати?). Впрочем, ещё могу мандарины, мучаясь угрызениями совести и высыпаниями на лице. И шиповник. Мама выдала мне ещё один термос, и я в кухне, кажется, только и делаю, что завариваю каменные ягоды, играю в "фитобар" моего детства. Термос с красной колбой и алюминиевой ручкой и крышкой...

Если я возьму себя за волосы и за руки - соберусь и начну стряпать печенье. Несъедобное леденцово-декоративное печенье для детей - это обязательная епитимья Рождества. В 6-ым классом я, впрочем, играю в магазинское печенье и горя не знаю/в ус не дую... Но впереди череда дней рождений - пусть это вдохновит меня на подвиг.
Tags: светская хроника
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments