September 2nd, 2009

say in jest

время ночь

Мне всегда жаль, что ночью, когда всё становится таким чётким и спокойным, нельзя никак эту ясность сознания сохранить, заархивировать и наутро принести в класс.

Никогда так не готовлюсь, как в школе - урок в сорок пять минут иногда готовится полтора часа, которые совершенно незаметно проходят; решила начать с места в карьер - древнерусскую литературу со "Слова" - хотя бы мне не надо заново учить (за десять лет стёрлись только родственные связи - сидела и рисовала стрелочки - кто кому и кем приходится). И завтра мы будем только-только подбираться... оставшиеся две недели до моего угона в полон принадлежат только мне - поэтому я выбрала самое лучшее и самое сложное.
Никак не могу решиться поменять изречение в начале урока... хочется про "Бог сохраняет всё", но завтра ещё рано - слишком много в один день. Видимо, придётся "ходить в старом, прошлогоднем" - с изречениями... как с платьями!

Подготовка к английскому потом идёт так... как в замедленной съёмке... но зато я честно взяла только четыре строки про сентябрь, четыре строки из "Джека, который построил дом", а всё остальное из прошлых лет - может быть, если мне удастся быть медленнее - то и у них получится как-то задержаться.

Сжимаю литературу ХХ века, как могу, понимаю, что до одной недели невозможно, поэтому беру не поэтов-писателей, а только школы, а в качестве бонусов - самое лучшее, самое ценное, самое важное, т.е. вне школ, а этого, кстати, немного; сколько обычно помнят сверх? - ну, "бледные ноги", ну "ананасы в шампанском", ну ещё разрекламированная чепуха какая-то... и уж как бы я Сологуба не любила - вряд ли бы я его стихи взяла; даже по столько близкому знакомству. И я сейчас не думаю о том, что они все родные просто, а беру только готовый продукт - я вот подумала, что ни одной стихотворной строчки у Белого, например, не помню... они всё форму хотели - вот я и беру форму. Вчера сидела и долго пялилась на картину Нестерова - сама я не в силах расшифровать этот глубокий символизм, но... она красивая.
"Может лес - это просто лес!" - я такая глупая, но я готова весь символизм продать за эту цитату из Шарон Крич (просто писательница для девочек).

Сегодня читала Тэффин "ХХ век", потому что я очень хотела её всегда иметь, чтобы прочитать там о бегстве в Украину, оккупированную немцами, чтобы проследить потом путь в эмиграцию; и даже лет пять назад видела книгу с самой красивой фотографией на обложке, и деньги были, и желание, но... не купила, чтобы не тащить за пять тыс км, а теперь мучаюсь, читая урывками. Зато прочитала сегодня про то, как она купила в москательной лавке занавеску - "свежую! - прямо с гвоздями!" - хозяйка лавки оторвала бархатную старую занавеску и решила продать, а Тэффи - купить, чтобы пошить платье - платье как "орудие производства" (плюс ещё одно платье и флакон духов) - справка, с которой она выехала из страны. Почему-то очень развеселилась и подумала, что мне не хватает импульсивности обеих - одна оторвала, а другая купила. Мне очень нравится её этот образ немножко мещаночки, немножко пошлый, немножко кокетливый, проницательный и цепкий. И совсем не могу на этом фоне всех остальных. И нельзя осуждать - это же просто способ выжить.
Обсуждали как-то с мамой одного писателя, и она сказала: - Он совсем без кожи! - и одобрительно добавила: - а вот Марта Кетро, например, кожистая, как апельсин.

В том периоде, который путешествие Тэффи с импрессарио, есть прекрасные выражения - не могу удержаться и записываю. Зато сегодня всплыло из другой оперы. К нам дядюшка приехал, а Кима ему кресло пометил... мало того, Кимочка ещё и накаркал, простите, под дверью папиного кабинета. Дядюшка заметил первый и спросил:
-А когда кот гадит под дверью - это проявление высшей степени негодования?
Когда я это увидала, то радостно воскликнула: - Кима-а-а!.. Мы обескуражены!
(ну, если бы я одна была, то я бы не так сказала, а тут сработал переключатель).

А мне сегодня повезло - купила рядом с домом тетрадку с Ландан Бридж - тот самый ракурс, который так любят все британские операторы - это вид из окна любого офиса, а также самого министра, который оф эдьюкейшн; для литературы - с сонетом Шекспира. Очень актуально, т.к. он есть в программе, и я заранее предвкушаю - после "слова"-то" - манная небесная, земляничные поляны и меренги облаков.

Всё, иди уже...
say in jest

(no subject)

Хо-хо! - опять началась Сага О Детях. В этом году их опять много, поэтому лидировать будут спиногрызы. Ну, раз уж они мои птенцы-первенцы, сэнт-тринианцы и засланцы из космоса (ну да, а я "вождь в космосе" - как считает Армагеддец).

Надела всё нежно-нежно газовое и розовое - почти ангел была. Всё надеюсь, что он правда укрепляет детскую нестабильную психику.
Тем более, что старшеклассники сегодня "хи-хи" да "ха-ха"... придётся показать злобную стерву, если в пятницу не станет лучше; целых два замечания бровями и одно словами - это много для восьмого класса, мне кажется. Но про старшеклассников писать скучнее - это я уже поняла:).

А вот спиногрызы три года проучились в розовом классе, а теперь - повзрослели и... переехали в жёлтый (у нас есть ещё зелёный, сиреневый и... раньше был ещё персиковый), а школа у нас ярко-ярко-розовая, но это город украшается, а не мы. Логично, что институт культуры (мистическое учреждение на первом этаже) должен быть розовым в наши дни.
Дети осознали степень своего духовного роста и... немного собрались. Вошли в привычную колею - мальчики уже в толстовках, банданах и фенечках, девочки в розовых и чёрно-золотых футболочках, - всё, как всегда.

Спрашиваю учительницу: - Дают что-нибудь?
(таким голосом обычно в 20ы-х годах про селёдку и пшено интересовались - с жадным любопытством)
-Альбомы формата метр на полметра.
-О, тащите давайте! - обрадовалась. - Ещё ни разу в таких не писали, а для повседневности заведём тощие тетрадки.
Девочки тут же обрадовалась и завопили, что они на всякий случай прикупили тетрадок - по две штуки на всякий случай: с котятами и английскими буковками. Вот эти дети меня поняли!
Вчера СПУ (Самая Первая Учительница) спросила, что восьмиклассникам надо принести, раз учебники я забраковала. Говорю: - Пусть купят тетрадки... с чем хотят: с черепом и костями, с блёстками...
СПУ испуганно положила руку на сердце и сказала, что эту часть она опустит.

С детьми успела лишь две считалки, которые сама себе выдала за рэп - учила их перед уроком, в коридоре, в быстром ритме и бодром духе. Это о времени года, когда яблоки особенно sweet, а скул-фрэндз мит! - на слово "встречаются" надо "дать пять" соседу по парте, но поскольку они это делали, глядя на меня, - у нас много хлопков мимо - кто-то кому-то попал по носу, а кто-то кому-то заехал в щёку.

Пока я в коридоре бодренько отбивала ногой что-то вроде "голдэн ин зэ скай, иц голдэн-голдэн-голдэн сэптэмба пассин бай" мимо прошёл 12-ый класс, которому уже что-то рассказали обо мне (надеюсь, что пафосно-героическое), поэтому они уныло поздоровались и назвали меня уже так, как полагается; зато Энджи подошла робко и спросила: - А что ты делаешь?
Моё старое чёрствое сердце смягчилось - всё-таки нелегко учиться в классе, где кроме тебя нет ни одной девочки! - и я даже вежливо сказала, что "уроки". Обычно я говорю, что "гуляю на свежем воздухе и бреюсь", цитируя Астрид Линдгрен (и после этого удивляюсь, что со мной ещё кто-то остался в этой жизни).

Была искренне рада видеть миссис Эплби, которая подрубала какое-то миленькое полотенчико с уточками и радостно воскликнула "Анечка!" - моё сердце опять дало слабинку.
Зато пошла и строго объяснила всем детям, что я их покидаю ради института, но одним раздам задания - пусть сами учатся; а другим выбрала самую лучшую учительницу. Консервативные спиногрызы бурчали весь урок, но Крокодильчик даже расстарался и молча оклеил свежевыданный альбом наклейками в виде скелетов и тыкв - в знак симпатии к английскому. Звездоглазик весь урок болтал сам с собой, а я была терпелива, хотя немного расстроилась: стараешься, заботишься, ночей не спишь, а они вечно нос воротят от шоколада.
К концу урока Звездоглазик под бодрое ворчанье вместо даблдэкера на обложке альбома нарисовал... фургон для развозки молока на ферме. И так каждый раз - вечно отчебучат что-нибудь...
Мне он сказал: - Это развозка пиццы - в Биг Бэн везут.
-Соу найс, - согласилась я и сунула ему под нос свою тетрадку с Ландан Бридж, чтобы он не забывал о том, как выглядит мост, по которому надо ехать.
Кейт сунула носик: - А что это за небоскрёбы на заднем плане?
-А там сидят дяденьки и ворочают цифрами.
-А с нашей стороны тогда что? - откуда мы смотрим?
-Вид из окна киностудии! - там эти открытки с видом Тауэр Бридж и печатают, - со знанием дела пояснила я.

Ну, там и урок кончился:) правда, в библиотеке я уже могла только дочитать Тэффи в положении "лёжа на столе". Сологуб читался, но не работался. Он, видимо, пожалел меня откуда-то... взял и под конец одного тома рассказал мне отличную историю "Путь в Дамаск" - это совсем не то, что мне нужно, но рассказ отличный - с хэппи-эндом и чем-то... комичным, - что для Сологуба вообще фантастично. Захлопнула книгу и сказала шёпотом: - Классно, спасибо!


А листья летят и летят... и как у Энии:

One by one my leaves fall.
One by one my tales are told.