October 25th, 2009

say in jest

(no subject)

Готовилась и вспомнилось - нам его читали в школе...
— Кхм... — Студент пошевелился.
— Готовы? Давайте. — Профессор отвернулся от окна. — Слушаю.
Студент держал в толстых грубых пальцах узкую полоску бумаги — билет; билет мелко дрожал.
«Волнуется, — понял профессор. — Ничего, поволнуйся».
— «Слово о полку Игореве» — это великое произведение, — начал студент. — Это... шедевр... Относится к концу двенадцатого века... кхэ... Автор выразил здесь чаяния...
Глядя на парня, на его крепкое, строгой чеканки лицо, профессор почему-то подумал, что автор «Слова» был юноша... совсем-совсем молодой.
— ... Князья были разобщены, и... В общем, Русь была разобщена, и когда половцы напали на Русь... — Студент закусил губу, нахмурился: должно быть, сам понимал, что рассказывает неинтересно, плохо. Он слегка покраснел.
«Не читал. — Профессор внимательно и сердито посмотрел в глаза студенту. — Да, не читал. Одно предисловие дурацкое прочитал. Черти полосатые! Вот вам — ягодки заочного обучения!» Профессор был противником заочного обучения. Пробовал в свое время выступить со статьей в газете — не напечатали. Сказали: «Что вы!» — «Вот вам — что вы! Вот вам — князья разобщены».
— Читали?
— Посмотрел... кхэ...
— Как вам не стыдно? — с убийственным спокойствием спросил профессор и стал ждать ответа.
Студент побагровел от шеи до лба.
— Не успел, профессор. Работа срочная... заказ срочный...
— Меня меньше всего интересует ваш заказ. Если хотите, меня интересует человек, русский человек, который не удосужился прочитать величайшее национальное произведение. Очень интересует! — Профессор чувствовал, что начинает ненавидеть здорового студента. — Вы сами пошли учиться?
Студент поднял на профессора грустные глаза.
— Сам, конечно.
— Как вы себе это представляли?
— Что?
— Учебу. В люди хотел выйти? Да?
Некоторое время они смотрели друг на друга.
— Не надо, — тихонько сказал студент и опустил голову.

(http://lib.rus.ec/b/97997/read)
say in jest

Светский трёп

Купила себе в честь выходного мыло по-древнерусским рецептам. Из собачьего жира (как считает папа) и овсянки с лаймом. Долго колебалась - там был ещё воск с грейпфрутом. Вся серия называется "травы и ягоды Лукерьи" (заметье!).

Родила наконец программу по литературе. Не ту программу, которую сочиняли методисты для 8-ых классов нашей необъятной Родины (всего им хорошего), а ту, которая для меня - меня ведь не бывает по полгода - шесть шиллингов на корь, пять фунтов на овсянку-зелёнку, сорок дней на учёбу и прочие танцульки.

Горько призадумалась: где ж в моей бурной и яркой жизни было МНОГО литературы? - сообразила, что в государственной школе.
Там предметов было немного - лит-ра каждый день (нужно же что-то!), английский пять раз в неделю, немецкий - два, но редко, математики первый год почти не было, но на второй год нашли учителя - и она была. Регулярно были ещё история (когда нашли учителя) и география (всегда была).
Первый год была химия, и я не раз собиралась кого-нибудь убить (либо себя, либо её), но на второй год у нас спарили химию с биологией и раз в неделю что-то было...
Физика была, но там было так - выучил параграф - пять; вышел к доске решать задачу, ничё не решил, записал под диктовку - три. Никаких снайперов в засаде.
Физкультуры не было никогда, но это была единственная в городе школа без спортзала.
Какие ещё предметы бывают в государственной школе? - вроде ничё особенно больше и не было...

В общем, школа для таких, как я.

А если девицы мои не исправятся - буду называть их нимфетки-конфетки (раз есть зайчики-цветочки, спиногрызы и мелкотня, которой не придумала названия...).

Мама купила мне мазь от ревматизму, но у меня по-прежнему всё хрустит, и я взрёвываю всякий раз, когда приседаю, встаю на колени (да, дурная привычка мыть пол на коленях), и слышу "щёлк!" - после этого "щёлк!" становится легче, и я вспоминаю, что на эвритмии всегда этим грешила - щёлкала ногой, падала и кричала что-то невразумительное и странное - то "ах!", то "ох!", то "боже!..". То есть боль такая пронзительная, что никакие ругательные слова даже не подходят... крик должен выражать крайнюю степень изумления, а это либо "ох!", либо "ах!" у меня (обычно-то я ругаюсь как сапожник, - считает папа).

Главное, чтобы нога зажила до бала, иначе я буду не только дрожать, икать, краснеть, бледнеть, тормозить, запинаться и лажаться, но ещё и вскрикивать.
Обидно также будет подвернуть лодыжку в тёмном дворе на празднике фонариков... но даст Бог - "зима будет долгой, но всё обойдё-о-отся..." - как обещал нам "Сплин".

Бал через неделю! Щас покажу как выглядит, когда учителя танцуют с учениками:

76.51 КБ

Ну, а это я! - потому что Гарри Поттер самый мой герой - он всегда страдает и пугается:
Collapse )