January 7th, 2010

angel

(no subject)

Как весело сиял снежинками
Ваш — серый, мой — соболий мех,
Как по рождественскому рынку мы
Искали ленты ярче всех.
Как розовыми и несладкими
Я вафлями объелась — шесть!
Как всеми рыжими лошадками
Я умилялась в Вашу честь.

Как рыжие поддевки — парусом,
Божась, сбывали нам тряпье,
Как на чудных московских барышень
Дивилось глупое бабье.

Как в час, когда народ расходится,
Мы нехотя вошли в собор,
Как на старинной Богородице
Вы приостановили взор.

Как этот лик с очами хмурыми
Был благостен и изможден
В киоте с круглыми амурами
Елисаветинских времен.

Как руку Вы мою оставили,
Сказав: «О, я ее хочу!»
С какою бережностью вставили
В подсвечник — желтую свечу...

— О, светская, с кольцом опаловым
Рука! — О, вся моя напасть! —
Как я икону обещала Вам
Сегодня ночью же украсть!

Как в монастырскую гостиницу
— Гул колокольный и закат —
Блаженные, как имянинницы,
Мы грянули, как полк солдат...
<...>

Марина Цветаева
say in jest

Сочельник 2 - или как провинция таки справляет русское Рождество

возле нашей церкви снежная пещера со звездой и светом внутри, а народ валит валом просто.

- и я наконец-то добралась до подарков под ёлкой (в Новый год я их развернула и сунула все обратно, кое-как прикрыв лентами и бумагой).
Сегодня я размотала гирлянду Филибера, а капроновую ленту от коробки повязала - она чёрная с оттенком медным. Это хорошо, потому что у меня только розоватая и красно-коричневая.
-У меня опять ленты кончились! - возмущаюсь я.
-А сама-то не можешь пойти и купить в швейном?
-Обычно я снимаю их с подарков, - сообщаю.
Летом, правда, мы в магазин за ними ходили, но с подарка снять смешнее!

Пересматривала фотоальбомы разных лет и разных зим - у меня только несколько фотографий с дней рождений "доцифровой" эпохи, но интересно наблюдать, как люди постепенно становятся фотографиями, и как это естественно и само-собой происходит... и как многое отчётливо помнится именно потому что не было сфотографировано.

Тут я всё-таки вспомнила о тех друзьях, которых всё-таки вознамерилась сохранить и позвонила в одиннадцать вечера Майе:
-Ты где? - спрашиваю. - Понимаю, что не дома.
-На йоге... стою почти на голове, но могу говорить... ты не волнуйся - я завтра вернусь.
-О'кей, я тебя приглашаю на день рождения. Потом скажу, как всё будет...
С Лучшим Другом было тоже просто: - Как всегда - в два часа.
-Помню год, когда я припёрлась, как дурак, в два, а все пришли в три!
-Теперь точно в два!
Филибер на мои вопросы: - А что ты сегодня делал? - не выдержал: - Открытку тебе!
-А-а-а, ты знаешь, что иначе я не слезу, - усовестилась.

Самую трудную часть посчитала выполненной и продолжила есть таблетки и пить витамин цэ в мире и покое.

- Лисец.
Кима, кстати, опять толкнул речь, но по-поводу установки компьютера для наших родственников. Сел напротив моей старшей сестры и начал говорить - эмоционально, возбуждённо, громко... потом начал поворачиваться в сторону папиной комнаты и давать какие-то советы в открытую дверь, от всего этого он изрядно устал, поэтому в само Рождество говорил скупо и мало.


Collapse )