March 18th, 2010

say in jest

"ой, вы не поверите, Патрик, каково здесь живётся ирландцам..."

Разговоры:
Самая Первая Учительница: - У тебя Айрис на уроке сидела со звёздами под глазами?
-Нет... какого цвета звёзды?
-Лиловые такие...
-Понятно, из моей тетради просыпались...
хором: - С полу подбирала!! - и к глазам клеила!

(а тема проста: глаза - как звёзды! - а не то, что тут неделю Анна Андреевна и Шекспир впаривали: "твои глаза на звёзды не похожи")

Разговариваем с Хэлен, которая вовсю готовится к экзаменам, бодро пишет диплом, у А.А. такое запустенье в этой сфере жизни, что...
-Чувствую себя, как лирическая героиня Веры П., - говорю. - Только я не пью, на вечеринки не хожу, с друзьями не встречаюсь, мальчиков встречаю исключительно младше десяти лет, вырезаю ночами трилистники для детей вместо того, чтобы пить зелёное пиво; только с библиотекой расквиталась почти - я проработала все книги с неодетыми женщинами на обложках (хоть это...); а так - я точь-в-точь она, только работаю с утра до ночи, но это просто потому что плохо работаю, неорганизованная, безответственная, бестолковая...

Хэлен: - Мы с тобой в одной лодке... на одном корабле, и я знаю, на каком.
-На "Титанике", да. При этом: ты уже Джек (под тобой уже просто палуба кренится), а я ещё вся такая Роуз в начале фильма. Даже в шляпе, может быть... или ближе к Джеку, но тому, который ещё на суше.
Ты уже близка, а я ещё тока билеты купила... кстати, надо в них уже посмотреть всё-таки... только найти нужные - мне в институте дали явно для поступающих, а не наоборот.

Но, Господи, какое же счастье быть ещё на суше, по которой я хожу нетвёрдо, но лучше, чем когда "веселье, подобное разливу вод в апреле", как говорил Шекспир.

P.S. Дочитала всё, что было у меня Амфитеатровского - радует, что 37-и томов у нас тут нигде не завалялось... избавилась от обнажённых богинь в объятиях змей, подумала, что они как-то слишком много писали о сексе. Нет, о другом они, конечно, тоже писали, но... это ещё хуже получалось.
Пишу это с состраданием - они мне как дети уже просто.

Ещё я поняла, что теперь долго-долго не буду читать никакой эротики. Вообще. Летом будет год, как я читаю в основном под разделом "иметь или не...", тьфу... "быть? или не быть" - я хотела сказать. А ещё я поняла, что не различаю: про кого читаю? Анимаиду? Алевтину? Анну? - и только подлый и противный редактор Альбатросов неизменен (и он вызывает у меня оторопь, ибо это прототип автора).
Видите, как просто Амфитеатров поступал с именами? - открывал телефонный справочник и...
say in jest

"Имя? - какое у неё могло быть имя, если она - это всё" (Рената Литвинова)

И с годами концепция меняется: если я - это ВСЁ.

В честь день Св. патрика мисс Энни хотела поймать лепрекона. Пришлось довольствоваться детьми, которых сама же наряжала в шляпу, обматывала шарфом... сперва бегала кругами сама, потом запыхалась, образумилась: дала Сумниксу. Тот замотал Трикси из второго класса семь раз, хотя Бэтти прежде я точно замотала только в четыре раза. Трикси картинно задохнулась и картинно же хлопнулась "в обморок", а мы считали количество витков зелёного шарфа.

Лепрекона я упорно ловила в первой смене: сперва пристала к Армагеддончику:
-Почему ты, Армагеддон, не пишешь?
Армагеддец со вздохом достала тетрадь, демонстративно положила на парту раскрытую. Долго там рыскала, не нашла, к чему придраться (в случае с Армагеддончиком, разумеется). Потом что-то нашла, но меня позвал Звездоглазик:
-Мисс Энни, подойдите...
Подхожу, а там ВСЁ написано. Всё красиво, аккуратно, всё правильно.
-Где ноги лепрекона? - сухо спросила эта стерва, которая я.
-Не влезли, - чистосердечно сказал Звездоглазик.
-На другой странице.
-Одни ноги?
-Why not? - с мрачной игривостью сказала я.

В восьмом классе мне попался Джорджик, который сидит, на меня глядит и... НЕ пишет.
-Почему вы не пишете? - мрачно и радостно прицепилась я.
-Всё написал.
-Сейчас проверю, - пошла проверила.
И тут неудача!!!

Меня другой ребёнок спрашивает: - Вы почему сегодня такая строгая были?
Меня совесть заела уже...

В качестве поблажки я подняла восьмой класс на столы.
Ехидно присовокупила, когда поздоровались, стоя на столах: - А обуви никто, кроме меня, не снял!
(она ехидна, да...)

Зато я с полным правом потом заставила нашего Ромео (Аделаиду) валяться на полу "в гробнице".
-Мне себя жалко, - пропищал что-то "ромео".
-А мне себя нет, - сухо отрезала я. - И, как была, бухнулась под лавку в юбках-блузках - мне всё равно во вторую смену переодеваться - ладно уж...

(разумно, что мне себя не жалко - моя молодость позади, - как свято уверены восьмой класс, декаденты, но не я сама)

Восьмой класс. Показательная сцена:
-Так в чём, опять спрашиваю, разница между вами и Монтекки-Капулетти, которые ссорятся только потому, что одни предпочитают ситроен, другие - мазду, одни пьют кавальдос, другие - мохито, одни пишут пером, другие - авторучками, одни стирают хозяйственными мыло, другие - "досей" (как съехидничала Дольче)?
-В том, что мы молодые, а они старые! - жестоко сказал мой инфант-террибль Айрис.
-Понятно, - кивнула я.

И мысленно воззвала к Богу: - А не слишком ты со мной? - ведь я - каждая старая негритянка, поющая спиричуэл, я - каждый маленький мальчик-гопник, мёрзнущий на остановке, в ожидании меня, которая девочка-цивилка в капроновых колготках с вымерзшей розой, которая тоже я, политой слезами девы, которая тоже я, проданной красными руками пожилой и грузной тётки-продавщицы, которая тоже я, выращенная старым голландским садовником, курящим трубку, похоронившим любимую жену в прошлом году, которая тоже я, которая подарила своей внучке серебряные коньки, лезвия которых режут лёд так, как режут мне сердце слова, как осколки разбитой бутылки пьяницы, который я, бутылки, блестящей на асфальте с втоптанной в него мной...
Мальчик-гей, дрожащий на кладбище из романов небезызвестного классика литературы начала века, обкуренная хиппушка-побирушка на обочине дороге по-мотивам бродяги драхмы, примадонна мелкопоместной драмы, почитательница чаепитий под абажуром, статуя дон-жуана, расхитительница гробниц-костяниц, старый бородавчатый лепрекон, хоронящийся под кустом клурикон, потёртая и выцветшая зелёная лента в волосах ирландской продавщицы зелёного мороженого в лесах, на берегах реки Потомак, где водный знак "купаться запрещено", но корабли уплыли давно, а те, кто лежали на дне, оставили все клады и карты мне.

- тетради моих птенцов, первенцев...
Collapse )
say in jest

"экзамены, учёба - весь этот БРЕД МОЛОДОЙ ЖИЗНИ" (с) Дина Рубина

(в сегодняшней передаче) -гениальная формулировка.


Выхожу из класса, несу в руках весь реквизит спившейся актрисы провинциальной клоунессы, встречаю маму Филибера:
-Я зелёная фея! - сообщаю ей я, взмахивая рукавом, изображая фею абсента из "Мулен Руж".
-Какая же ты зелёная, Аня? - с сочувственной заботой спрашивает мама Филибера, внимательно глядя сквозь очки.
-Сейчас объясню! - горячо объясняю, достаю пакетики с блёстками, которые дети тайком подбирают с пола, вымазывая руки, а потом щедро намазывая лица, несмотря на мои гневные замечания.
-Дома Малышка Мирабель всё осыпает, всё пачкает, тут - ты, - философски замечает мама Филибера. - Хорошо, что сейчас это всё у тебя, а не у нас...
Филибер благоразумно отдал мне полкило блёсток и сыпучего пенопласта, чтобы я веселилась и не скучала.

Мимо проходила Супермегадрама (давно не виделись, здравствуй!) и сказала: - Дети из первого класса говорят, что у них был праздник Святого Папоротника.
-Патрика, - раздражённо сказала я, не въехав в юмор, опаздывая на урок к своим дорогим, любимым, обожаемым.
-Они поняли, что папоротника, - улыбнулась СМД.

Это я презентовал второму классу в качестве анекдота, т.к. они-то у меня уже подкованные, хотя... я подозреваю, что и они тоже могут что-то вроде этого.


До меня дошёл ОДИН Байрон сегодня.
-Кто не сдаст завтра - будет ходить ко мне в каникулы, - говорю восьмиклашкам, - и я буду не такая милая, как на уроке.
-А это вы милая? - язвительно спросила Лидочка.
-Конечно.
-Если ЭТО называется "милая"...
-С вами - больше, чем с другими, - серьёзно ответила я.
-Даже, чем с первым? - забеспокоились остальные.
-Более милая, - твёрдо.
-Чем с четвёртым?
-Только со вторым я, возможно, мягче, - призналась. - Но так, вы, ребята, у меня нынче в любимчиках.

...а им всё кажется, что я стерва-стерва... видимо, та учительница, которая предлагает здороваться, стоя на столах и партах, и есть настоящая железная леди. Особенно, если она пеняет на грязную обувь и против группировок, которые враждуют между собой.
Сегодня не выдержала и сказала, что я тоже некой другой субкультуры. Разница между нами: я люблю читать, большинство из вас - нет. Но ведь никогда, никогда не пеняла какой-нибудь Маше, что она читать не любит.

Когда я взобралась сегодня на учительский стол, осторожно встав рядом со своими нотами и конспектами, старясь не задеть никакую лампу, то подумала:
-О, круто! - наконец-то я выше всех!..
Но через пять секунд я опять стала замухрышкой-коротышкой.