April 23rd, 2014

say in jest

Новая Зеландия проснулась

Написали нас с шестым письмо, что, мол, дескать, включайтесь в The Great Mail Race, ребята. Не сможете написать по-английски, напишите по-русски, мы переведём - у нас два русских учителя в школе; и в классе есть русскоговорящая девочка.
-Только не вздумайте меня позорить, - чиркнула я ребром по горлу. Но "тролль персонаж брутальный - он понимает всё буквально".
Из самых приличных шуток малолеток было: - Давайте напишем, что я люблю пить водку, закусывая солёными огурцами, у меня есть ручной медведь...
В этом месте я позабыла про свой покер-фэйс и... прыснула со смеху, ибо понятно, отчего Степан Петренко ни с одной контрольной не справляется - если он действительно так каждый день после школы развлекается, а я это представила очень легко.

Нам, в свою очередь, надо написать куда-нибудь ещё, и я шагнула вперёд и сказала: - Только Уэльс, столько Кардифф, только хардкор.

Мои дети заныли (им хотелось написать в Африку и ещё куда-то), но поскольку у меня Кардифф висит не отвеченным... я сказала: - Анна Андреевна за вас уже решила, смиритесь. Тем более, что это будет круто - мы пишем только тем, для кого английский родной, а для вас кагбэ нет, но такие письма вы написать в состоянии - я узнавала. За шесть лет много раз узнавала.

Про пятый (оу-оу-у-о-у...) скажу только, что мы неплохо проводим время и по-прежнему любим друг друга, т.к. придёшь к ним утром, а они тебе:
-Мисс Энни, закройте глаза и дайте руки!
Морщишься и гадаешь, протягивая ладошки: либо лизун, либо жидкое желе из банки, либо битое яйцо из "ужасов".
На этот раз - желе из банки, слава богу, что не красит, потому что я потом возьмусь за одежду и... прощай новое платьице.

Третий орёт бОльшую часть урока, но с прогулки приносят мне трогательные веточки, а мне всё духу не хватает чОтко сказать ребятам, что необязательно ломать кусты - вот скоро попрут одуванчики - я рада буду одуванчикам, ибо они сорняки, и у них на месте оторванной головы вырастают явные десять, судя по моему опыту огородовладения (моих родителей когда-то).
say in jest

"Мы останемся здесь и отсюда уйдём!"

Маша (без шуток) мне тут сказала, что она смотрит сериал "Физрук", и я загорелась, т.к. давно хотела чего-нибудь смешного. В итоге хлопнула десять серий, смеялась ужасно - мои любимые герои, разумеется, Таня, Валентин, Саша и пьющая завуч Эльвира Петровна.

Когда Филибер позвонил и обнаружил меня, поющую "Боже, какой мужчина" слегка прифигел - ты не перестаёшь меня удивлять, Аня.
-Я сама себя не перестаю.

Согласитесь, что разговор с научным руководителем слегка пострадал от всего этого весеннего безумия, ибо я могла реагировать: - Фу? Тарковский? Фильмы? - буэ... не люблю - мама моя такую тоску любит.

Мама Лучшего Друга сегодня сказала: - Девочки, вы сдурели? Лезть на колокольню в пыльную бурю? Ни один звонарь с вами не полезет.
-Да-а-а? - сказала я и потопала через бурю на улицу 5-ой Армии, где в Харлампиевской вовсю звонили, я набрала номер: - Друг, зацени звук, - говорю.
Галя тут же отодвинула трубку от уха и заорала: - Мама, мы из-за тебя никуда не попали!..

В "Букингеме" были пожилые, но ужасно смешливые и разговорчивые продавщицы; на почте были конверты, ещё я получила посылку (Джу, смотрю на неё с любопытством, но ещё не открыла - тяну удовольствие!); зашла в Троицкую церковь, поставить свечку с благодарностью за всё хорошее, но была разочарована - тем не очень красивые букеты, и внутри она такая же сверхъестественно новая и гулкая как Харлампиевская.

В институте всё по-прежнему, но Лидия Никифоровна очень постарела (мелочь, а приятно, - как я тут же запротоколировала); я по-прежнему здороваюсь с теми, кого я люблю и помню, а ещё не чувствую никакого смущения, что важно.

Улыбчивые кореянки, к которым я захожу за спаржей и фунчозой с водорослями и грибами (отчего это называется "с овощами" мне всегда было неясно) в этом году почуяли, что я потеряла последний страх (нет, я и раньше была смела и безрассудна, но последние тормоза с меня слетели в 2014-ом году, и такие глупости как страх чего бы то ни было... меня покинули) - перестали впаривать МОРКОВКУ в подарок. Теперь я сама решаю, что мне подарить - свёклу или капусту. И теперь они спрашивают: - Девочка, тебе чего положить бонусом?
Главное, это всех поставить на место, - хмуро сдвигаю я брови. Плохо, что мне не удаётся поставить на место Епифания с Арчибальдом... мне кажется, что только, если я принесу на урок топор - только тогда.

Научный руководитель сказала: - Аня, ведь ничто никогда не уходит - ты ушла из института, но ты здесь осталась.
Вместо того, чтобы содрогнуться, я в кои-то веки покивала и подумала, что надо бы сходить попинать мяхлый линолеум в другом учебном заведении и проверить. Проверила: всё так. "Мы останемся здесь и отсюда уйдём", ибо ничто не проходит бесследно, и от чего у меня в руках нити - длинные словно лапша фунчоза. И я держу их своими руками так, как держат верёвку, которая подвязана к языкам колоколов. И не собираюсь выпускать в ближайшие годы.