April 25th, 2014

say in jest

Звонница в Харлампиевской: "и уйду не вдаль, а ввысь, влёт"

Никогда не знаешь, где тебя подстерегает опасность... весной года две тысячи шестого я с ужасом смотрела на листья оставшиеся от осени две тысячи пятого года; а сегодня увидела в одном из ярусов колокольни... тополиный пух. Тополиный пух лета Господня две тысячи тринадцатого года. А для меня-то столько времени и прошло - тысячи лет, не меньше, а пух - вот он... лежит, как миленький.

Таки дошла я туда, в Михаило-Архангельскую, после работы. Что я могу сказать? - потрясающе. Но... колоколов там больше десяти, и я слегка растерялась, подходя к пульту. Словом, поиграла я на восьми, а на больше я не умею (сразу представляется монах-расстрига, бьющийся как муха в паутине верёвок) - даже не представляю, как это выглядит... Звонарь там был очень брутальный и немногословный, поэтому мне было неловко спрашивать, поэтому я поиграла и откланялась, а после полезла со всей возможной грацией вниз по пожарной лестнице (белые перчатки мои отмыкают в "тайде").

По ярко-синей Ангаре ветер гнал белые барашки, и всё вокруг шумело, синело и плескало золотом... Ещё там есть трёхтонный огромный колокол в том ярусе, который ниже короны колокольни. Мама посмеялась, что если мне в такой звонить - то можно двоих таких обвязать верёвками под пузо и заставить летать, но толку не будет.
На колокольне меня пару раз сносило ветром так, что каблук срывался с педали, а животом я грянулась о перила помоста, и сбила ритм, конечно.

На Спасской у меня бывает страх, что я улечу вниз и останусь лежать на площади Кирова, а тут стоишь дальше от края, но зато ветер швыряет на верёвки... и вокруг такое обилие колоколов, что чувствуешь себя внутри механизма... колокола красивые, новые... с серафимами по бокам... и такие новые, что не чёрные и не изгрызенные временем по краям... и толстостенные ещё - не истончившиеся.

И остался не реставрированный кусок старой церкви - внутренняя лестница той части церкви, которая не новая, а уцелевшая с "дореволюции", да-да... та, где Колчак венчался с Омировой в 1904 году.
Там ещё не побелили, и лестница со времён руин осталась той же - некоторые ступени застелены досками, но кое-где их нет, и ступени раскрошились как старые зубы - зияют дыры от выпавших кирпичей... вдали светит лампочка Ильича и всё очень... аутентично - так оно и было когда-то.
Ходила я одна, но наверху была тётенька... тётенька играла, потом пустила меня, а потом похлопала по плечу и говорит: - У меня телефон звонит.
Ну, я послушно подождала, пока тётенька на колокольне скажет всё жизненно важное... но зато я озиралась в это время, а не только восторженно лупила по канатам.



Снято сотовым телефоном - не обессудьте...
Подняться:
Collapse )
say in jest

"а я и в церкви стал бы сам петь: и отпел бы, и венчал сам"

В Спасскую я сегодня тоже поднялась (между бабушкиной поликлиникой и кафе - наш пострел везде поспел, ясное дело) - быстро преодолела шесть этажей с одной остановкой на пятом, где сидит девятилетнее чудо с чубчиком и ключами (как Святой Пётр), жуёт горбушку, важно кивает и озирает.
-Ты за старшего сегодня? - спрашиваю.
Но на колокольне была ещё одна ученица из школы звонарей, и я даже чуточку её записала, но у меня разрядился фотоаппарат. Под катом также много зацветающих груш, уж не обессудьте - впервые на моём веку такое, чтоб не в конце мая или начале июня, а в апреле!.. Но нынче весна совершенно необыкновенная, и надо быть уж совсем безглазым и бессердечным, чтобы её не заметить:


Collapse )
say in jest

то, над чем долго корпел Филибер... теперь можно увидеть:)

Приезжайте к нам... нет, серьёзно. Вдруг посмотрите такой ролик про наш город и захотите приехать?..
А те, кто не хотят... ну, пусть посмотрят фотографии... и какие-то даже узнают;)


P.S. Смотрю и думаю: мои годы одиночества тут зафиксированы в части "смотреть и плакать". Т.е. они не прошли даром - уже хорошо.