July 10th, 2014

say in jest

(no subject)

Пожалуй, единственное, что меня злит этим летом, помимо полудохлого интернета: боль в мышцах. Но на то есть аспирин. Много аспирина. И недосып (но есть кофе, апельсиновый сок и... опять же аспирин).
Обидно тяжёло даются спокойные ночи, когда бабушка спит, а ты лежишь бревно бревном, закрыв глаза, а мозг истерично вопит: - Спи! Спи! Ты теряешь минуты сна! - ты могла бы двадцать минут уже спать! - эти его крики ощутимо мешают.
А наутро ты приходишь домой, укладываешься под любимое одеяло, подоткнув под себя ноги буквой z, внутри у тебя Бегемот, снаружи - Лисомедведь... но... кроме тянущей боли в и такого странного сна, когда знаешь, что не спишь, т.к. не можешь провалиться в сон - ничего.
И вообще - до фазы того сна, в котором показывают сны я месяц почти не могу доспаться... и очень скучаю по снам. По нормальным снам, а не по таким, когда я, просыпаясь часа в четыре ночи, вижу, что двигаю руками в воздухе, расставляя... чашки, которые, видимо, расставляла во сне минуту назад. В таком зыбком мутном сне, когда я вполуха слушаю: не позовёт ли?..
Зато что? - я вчера пришла в любимый двор и качалась на качелях до одури. Во времена моего царствования неподалёку... там были аж четыре качали. После революции, то есть ремонта двора, осталась одна. Остальные вкопали поглубже и... у меня ноги некуда девать. Возле моей любимой им единственной - сидели девушки с пивом. Пришлось идти внутрь двора, где я уместилась на спинке качели, вытянув ноги вперёд, удерживая их в таком состоянии, а для раскачивания и весу оставив себе сумку с молоком. Сумка на плече давала необходимую силу для раскачивания в таком странном положение. В итоге - удалось. А небо в этом дворе удивительное - вообще нет проводов. И домов высоких вокруг тоже нет. Но есть клубы чернично-земляничных облаков, стригущие воздух стрижи, а ещё там можно орать песни, сбивая качелей головы одуванчикам, и никто слова не скажет - привыкли к моим редким появлениям за последние десять-пятнадцать (или больше?) лет.
И можно преспокойно петь, вспоминая, как я пять лет назад, летом, мы пели 'e' tutta l'emozione dentro che tu vuoi di vivere la vita piu' che puoi" на кухне у Л., готовя торт.

Пришла к бабушке, а та мне тычет ручонки под нос и трагично заявляет, что я её избила.
-Может, конечно, случайно, но ка-а-ак ударила сегодня об косяк - разбила мне руки в кровь, кости переломала...

И вот каждый день у нас такой кровавый триллер. И главное - не возразишь и не переубедишь. Поэтому молчишь, в рот воды набрав, терпишь, купаешь, переодеваешь, переворачиваешь, вытрясаешь и наполняешь машинку и... опять по кругу. И когда-нибудь по кругу можно будет вернуться и в 2009-ый год, который был очень ничего.

Впрочем, и лето 2014-го, годы спустя, будет очень хорошим. Это я знаю точно. Всегда так бывает, спустя годы. Хотя и не было ничего особенного; но пока есть песни, книги, и герои, которые стоят за твоей спиной и поддерживают - целая толпа мёртвых писателей.
Впервые я начала о них думать, будучи училкой. Когда осознавала, что никогда ничему не смогу научить, что мои дети никогда не будут таким как я, да и просто хорошими людьми им не всем суждено стать (а умными... ох, сердешные вы мои!), то я никогда не буду одинока, т.е. у меня есть мои мёртвые писатели.
В трудные времена я всегда представляю, сколько их, невидимых, стоит за мной и успокаиваюсь). Теперь там ещё и Тоня Глиммердал стоит. И Гунвальд, и Хейди, и Питер, и тётки, и мальчики, и многие-многие.
say in jest

(no subject)

Купила новую шляпу (ах, лето-лето). В Лэтуали. В стиле Ланы Дель Рей и Веры Холодной. ЧОрную с дырчатым узором, выбитым на полях. Поля столь сногсшибательны, что в прямом смысле даже... шла по Карла Маркса ощупью, стараясь не врезаться в столбы и прохожих. Ещё я купила помаду "Скарлетт", но благоразумно стёрла, т.к. кроме рта бы прохожие бы вообще ничего не увидели и возмутились: - Безобразие!..
А так - многие улыбались, т.к. шляпа периодически сползала мне на переносицу, я была похожа на дочь Джека Воробья. Смотрела я сквозь дырочки в полях. Если нужен был обзор - приподнимала ухо, т.е. поле. Чтобы перейти через дорогу - отгибала поля полностью, но порыв ветра либо опускал их, либо... поднимал, когда это не нужно.
-Может, всё-таки брошкой заколоть, а? - сочувственно спросили продавщицы в магазине под окном.
-Это максировочная шляпа, - я повела плечом. - Встретила бывшую одноклассницу - та не узнала. Меня в ней мать родная не узнает.
Потому что только разговоров на тему "а ты не жена и даже не подруга" мне сейчас не хватало. Ни детей, ни работы, ни машины, - что там в обществе котируется?..

С горя я купила огромный стакан пепси со льдом, т.е. я дочь самурая (и бутерброд с мясом и луком, т.к. я люблю лук и мясо преступной любовью холерика). И ничего не боюсь. Нет, это не самоубийство, а попытка поддержать себя на плаву при помощи кофеина, а побелевшие губы - знак того, что кофеин с пузырьками активизирует сердце.
У меня сменилось ателье. Теперь в соседнюю дверь, а - там девочка Лида. Очень милая. Надеюсь, что юбку мне реставрирует так, как надо. Т.к. туфли я чиню в соседней двери уже лет пять. И молнию для Бегемота там вшивала, и массу подобных вещей делала (я не рукодельник всё же).

Хожу и слушаю, слушаю Лану Дель Рей, которая сейчас поёт про Бруклин Бэйби, и "боди" у неё всегда неотличимо от "байбл", и "байбл" - от "боди". Такая она милая, и всегда ввергает в состояние то ли сильного алкогольного опьянения, то ли лёгкого наркотического - лежишь себе на дне океана, скользишь глазами по потолку, а свет из окон - бликует поверх сознания, а ещё всё кружится, но не сильно, а как после пары бокалов. И состояние это близко к сентиментально слезливому, но из-за посмертной отрешённости - никогда дело не доходит. Просто лежишь после смерти на дне океана, но ещё не собраешься всплывать: сознание ещё живо, но всё остальное отмирает - и такие... последние секунды сердца в горле, крови, взрывающей виски, воды, заполняющей голову, ухающие барабанные перепонки... Уж поверьте - я знаю, о чём говорю, хотя тонула всего раз, но без шуток, ибо в два года я плавать не умела.

А в реальном мире всё повторяется и повторяется... вот, Аргентина с Германией играть будут. А я восемь лет назад стояла на коленях, упираясь ими в красный ковёр, среди таких же, коленопреклонённых, в немецкой кирхе, послушно повторяя за священником слова молитвы: молились половину ночи, чтобы наутро Германия разбила Аргентину. Она и разбила. После - подходили за облатками, а пить вино из потира мне не дали, т.к. посчитали за ребёнка. Меня это до колик смешило - мне совершенно плевать было, кто из них и кого разобьёт, но... Бог прислушался, в кои-то веки. А потом не ходили в церковь и... следующий матч тогда продули. А в церкви было интересно: особенно платья девушек, которые состояли лишь из флага, намотанного вокруг загорелого тела, ибо со всех плакатов так соблазнительно манила Клаудиа Шифер тем летом...

Кажется, я начинаю любить лето не меньше, чем зиму. А, может, и больше, т.к. летом можно спрятаться и не бороться. И копить силы для того, чтобы зимой опять петь во всё горло, летя на санях с гор Глиммердала, выбираяя особо важные куплеты для особо страшных мест. У меня - торосы вокруг ледокола. И на дуэли ходить, и... вот собак, как Тоня, я ещё не крала. Ни собак, ни коней... надо исправить это недоразумение. И кофейник взорвать (это уже невязчивая идея, да).

Я купила себе розовую жестянку с пироженкой на крышке - в стиле Марии-Антуанетты, увековеченной Кирстен Данст. Буду туда украшения складывать. Розовые и золотые... розовые и золотые... Ещё в Лэтуали продают серёжки в виде золотых листьев... даже не знаю. Думаю.

Ещё я полюбила Бегемота. Беня тут как-то, пока маленький был, потерялся. Искали долго, упорно. А у него нет голоса (вообще нет! - его писк расслышать - очень постараться надо; что-то у него с голосовыми связками); папа хотел идти на улицу - вдруг с балкона упал?.. А потом сидим, едим, я вилку положила и замерла: - Стиральная машинка!..
И правда. Он туда любит запрыгивать... а она уже час методично перемалывает бельё...
Папа хотел бежать открывать, а я говорю: - "Давай доедим и не будем портить ужин кошачьим трупом".
Папа всё равно спустил воду и... убедились, что кота не видать. Оказалось, что зарылся под одеяло в моей постели и... спал сладко. И я даже расстроилась не от того, что он кучу денег выжрал уже буквально (ест он пять-шесть раз в день; а ещё тырит из моей тарелки лук, салат, хлеб - совершенно любую еду), а просто... кажется, я его полюбила искренне. Ещё он ведро мусорное роняет. Даже, если там лишь обёртки из-под чая и салфетки.
Недавно вырвал у папы изо рта салфетку и смачно попробовал жевать. Потом перевёл изумлённые глаза на папу: - Чё ты в рот всякую дрянь тянешь?..
Был разочарован, словом.