October 6th, 2015

april

"давайте понимать друг друга с полуслова..."

Остался третий заход в Солнечный. Т.е. утром я отвела пару, съездила в Солнечный поучить мальчика, с которым мы делаем задания по милому учебнику, где сегодня на скорость расшифровывали записку "Меня зовут Питер. Я из Индии. Буду ждать тебя в бассейне" (какую траву курил автор? - хорошую!).
Съездила ещё раз. Поучила культурных детей. Теперь час сижу дома под видом "готовлюсь к завтрашним урокам", но вместо этого жую бутербродики, пью кофе и пишу эту чушь.
Остались чуть менее культурные (там один товарищ меня иногда напрягает больше Гоги из 11-го, т.к. этому молодому человеку из 1-го класса всё время надо "дальше. быстрее. больше" - тяжело с такими...).

Хорошо, что мои дети не видят это моральное разложение "белой гвардии" в лице анны андреевны.

Вчера на курсах я сорвалась на середине и стала "тцыкать" и демонстративно смотреть в телефон, т.к. диктовали быстро, и я не успевала записывать - потеряла нить рассуждения и... целый абзац пинала вола. И мрачно смотрела на преподавательницу поверх телефона. Очень мрачно.
Гога был бы в восторге, я вас уверяю...
Опять же вспомнила, что двенадцать часов назад ситуация была обратной: Матфей бросил писать под диктовку, подпёр щёку ручкой и стал на меня любоваться. Периферийным зрением отметила и холодно спросила:
-В чём дело?
-А я потерялся...
-Можно было меня остановить и переспросить.
-Не, я потом перепишу.

Надо отметить, что взгляд Матфея был куда доброжелательней, чем мой - в восемь вечера, когда я пришла (со стонами) немного поучиться языку, которым я зарабатываю деньги, а не родному, который исключительно для души у меня.

Сегодня я опять на него набросилась: - Вы вообще не слушаете!
-Как не слушаю! - я даже вам в глаза смотрю! И вообще... откуда вам знать, где там моя мысль сейчас...
-Она на главу отстала от моей, - не отставала я. - По глазам вижу. Мы уже давно о другом, а не о Феликсе Юсупове!..
-Матфей! - строго заявил Гога. - Перед тобой вальдорфский учитель. Есть имульс - нет импульса... он вообще всё должен видеть.
-Вот Гога меня слушает, - покладисто согласилась я. - Вообще вся эта эпоха была нужна одному Гоге (я намеренно опустила глаза, чтобы не засмеяться).
Дети проснулись и робко запротестовали, а многие начали тихонько хихикать, разгадав шутку юмора: Гога очень хочет отвечать, но не знает, что... в итоге - пересказыват мои слова с предыдущего урока.
-С небольшими дополнениями, - скромно сообщает.
Класс подхихикивает, я мило улыбаюсь и говорю: - Учитесь... вот, как надо подъезжать к преподавателю - пересказывай его слова и лей ему бальзам на сердце.

-И знаете... ещё тот актёр, который сыграл Раскольникова, а потом играл Юсупова...
-Они его так ногми пинали... Распутина-то...
-Ну да! И после того, как я это посмотрела - я его даже немного разлюбила... т.к. любила его, когда он был Раскольниковым. Ну, Владимир Кошевой.
-Он, что... в честь Олега Кошевого? - проснулся Вольдемар. - Как молодогвардеец, что ль?
-Нет, его папа, видимо, в честь... он Олегович. Так вот... я ему даже написала.
-Это фейк, - подозрительно сказал Вольдемар. - Знаменитостям не пишут, а они простым людям не отвечают!
-Пишут! - я его в контакте нашла, - говорю. - Он мне ответил!
(все уважительно притихли, а я благоразумно не стала говорить, что он ответил мне "спасибо большое":)))).

Это была часть "история" - она всегда бодренько идёт. А стихи разбирать... я вяло, преодолевая сопротивление (собственное), спрашиваю:
-Вот вы верите в душу... у вас есть душа? (дурацкий вопрос, да...)
Дети молча кивают, а провокатор Гога говорит:
-А у большевиков нету... вот дегенераты-то, да?
(это он мне не может простить семечки, гопников и "быдло", которым я его окрестила в первый день)

Но я всё равно бодра - футуристы, положим, тоже лапочками не были. Гога мне послан как наглядное пособие. А то бы сидели с девочками и читали цветаеву-ахматову с утра до ночи... согласитесь, для полноты картины пролетариат мне жизненно необходим!..

P.S. Почему-то у детей уже второй урок Распутин жрёт кексы с миндалём. А я всегда думала, что там были пироженки-корзиночки с миндалём...
say in jest

"Боже, я циник, а ты мне про какую-то душу - пожалей мои уши!"

Тут будет про мужчин. Пока они маленькие, конечно, но... суть не меняется - уверена.

Кароч... сегодняшней темой у мужской половины класса было "дружно гнобим Лилю Брик":
-Эта женщина страшная!
-Эта женщина алчная! (Гога, кто ж ещё-то...)
-Фу, некрасивая...
-Вот дура-а-ак... т.е. не дурак, но... зачем он так-то? - и посвящение переписал... ну, Лиле... той-то, предыдущей, обидно было. Нельзя так!
-И зачем он этого щена придумал? - унижаться, вот ещё...
-Да она вообще уродина какая-то... тёмненькая.
(ну, не белокурая, согласна, да...)

Предыдущий 12-ый класс у меня устроил разгром Вере Холодной: - Мол, это вам, анна андревна, она нравится, а так - это глянцевая красота, внешняя... а у Любови Блока - духовная!...

(sic!!!)

Преыдущий 9-ый класс мне искренне (ведь сами себе верят, Господи!) впаривал, что любить надо "Татьяну, а не Ольгу, т.к. у Татьяны прекрасная душа, а у Ольги только красота" (я мысленно плакала, честно... в том смысле, что так близка к отчаянью я бываю в жизни редко).

Т.е. на словах - это всё очень хорошо звучит. Но проходит пять минут... веду опрос, доходит до Виолетты, сестры Пончика, с которой у меня мистическая связь, если по символистам, значит.
-Ассоциация с этим стихотворением? - Элис...
я, озарённая: - Это была девочка, которая его читала когда-то?
-О, да...
Вольдемар, восхищённо: - Во память у Виолетты! Я вообще не помню...
Гога, отрываясь от тетради: - А кто такая Элис?
В этот момент я быстро прикрываюсь стопкой листов: - А что это за девочка, а где она жив-ё-ё-от, а вдруг она не курит, а вдруг она не пьёт...
Голоса: - А, страшненькая.
-Вспомнил!
-Щас ещё страшнее стала, прикинь...
-Чё, правда?

В этот момент у женской половины класса лица довольно кислые. Дурочка анна андревна жизнерадостно продолжает хихикать, слушая и наслаждаясь.
-А представьте, если бы кто-то из нас читал то стиховорение? - печально сказала Ирина.
-Уверяю вас, - они бы говорили то же самое. У нас коллеги на моей работе и то так делают - стоит кому-то выйти: о боже! у неё такие лохмы! распущенные! кошмар!
А ты сидишь, киваешь и вдруг понимаешь, что у тебя тоже лохмы, а это значит...

Короче, печальная картина, скажу я вам. Особенно меня под******о всю эту лирику из года в год слушать. И ведь все, все мальчики такую "чушь прекрасную несут".... хоть бы один сказал, что любит Ольгу - я бы его за ум и честность глубоко уважала. А так - только обожаю... ну, дети-дети. При том, как мы помним, они и в сорок, и в пятдесят, и восемьдесят точно такую же лапшу на уши вешают.

Про Виолетту: хотела блеснуть про конструктивизм и стакан, а Виолетта, оказывается, уже знает, про количество граней = кол-во республик... мне кажется, что я её вообще ничем не способна удивить. А ещё подслушала, как она на перемене рассказывала: - Приснилось, что я утром встаю и с ужасом понимаю, что надо читать Блока, а я всю ночь читала Пастернака!..