August 11th, 2016

out of the sun

(no subject)

"My spirit is thine, the better part of me..."
William Shakespeare

Возвращаясь, сквозь работу, сквозь жизнь, сквозь сон, но ко вчерашнему дню снова, осознала, что я не помню, как началась наша дружба с Вэндиварей. Т.е. обычно это где-то одна-две встречи и... яркий момент запечатления той встречи, когда сама дружба уже началась. Или не началась. В случае с другими людьми я отчётливо помню это начало новой эпохи. С Варей я помню первую встречу и... понеслось. Т.е дальше я помню Вэндиварю такой, как сейчас. Мы знали одних и тех же людей - в вездесущем Интернете, хотя и не ходили в ту пору уже ни на какие тематические сайты; я помню, что быстро отвезла её к Лене, а ещё Вэндиваря пришла ко мне на день рождения, и с тех пор знала всех моих героев не в письменном виде. Вэндиваря с мужем мелькали где-то на фоне коллег, друзей, приятелей... помню её на спектакле моих старших детей, куда они пришли с сестрой мужа (льняные волосы!..) и как я этому сюрпризу обрадовалась... и то, что она знала моих англоязычных коллег и тех девочек, девушек, женщин, которых я много лет как-то читаю в сети, и уже совершенно не имеет значения - виделись мы в жизни или нет... т.е. Вэндиваря так прочно и сразу вошла в биографию по всем фронтам (это, кажется, единственный человек, кроме Т.В. и Нэнси, который побывал на моём уроке - мне до сих пор стыдно за ту ахинею, которую я несла от волненья; Вэндиваря была на гостиных... да где только она не запечатлена в моей памяти!..), у Вэндивари в детстве, разумеется, был бассет-хаунд, о котором я мечтала в своём детстве; разумеется, Варя читала те же книги, смотрела те же фильмы... но я совсем не помню этого "щёлк!", откуда начинается дружба. Возможно, всё дело в том, что рассказывая о том, как они с подругой смотрели на развалины Изенгарда, я просто была там всей душой, а потом водила своих друзей - смотреть на развалины Изенгарда с холмов. Самое странное, но я уверена, что Варя тоже видела тот дождливый день, когда я тащила бедного покойного Петю сперва вниз, сквозь кусты и колючки, скатываясь по мокрой глине, на эти самые роханские поля, а потом обратно - вверх! - но фантазировала, что теперь это уже Мордор. После этого становится ясным, что долго бы никто рядом не просуществовал. Петя, надо признать, ещё какое-то время держался. И. я более, чем уверена, что Варя это видит также ясно, как я вижу её, карими, тёмными, таинственными глазами, того же поваленного энта - т.е.я действительно видела его вживую, спустя несколько лет, но... тут границы стираются. И то, как мы ходили в серебряный день по лесу среди шумящих мачтовых сосен, под дождём, сливается в памяти с днём, когда мы там ходили с Лучшим Другом, но почему-то я точно знаю, что Вэндиваря тоже это видела. Как и чёрный дым от костров... впрочем, дым реален (да и поваленное дерево реально!.. и белые развалины, которые я успела увидеть!).

Когда я ещё не была в той части Италии, то видела сон, в котором мы гуляем с Вэндиварей, Игорем и Анной под теми самыми портиками, о которых я ничего не знала - такого тревожно-розового цвета, и я тогда слегка поморщилась - что за странное зарево Средневековья с попыткой несмелого Ренессанса в моём больном воображении? Анне было уже лет семь, я тогда очень хорошо её запомнила и... думаю, что через семь лет смогу убедиться в правильности увиденного. Про сон я сперва благоразумно промолчала, т.к. решила подождать до "сбычи" прогнозов относительно того, что будет именно Анна, а не кто-то другой. Поэтому с огромным облегчеием выдохнула, что сбывается такой хороший сон, а не кошмар, как у меня заведено.

А вчера я повернула голову в пекарне и увидела Варин силуэт балерины в бело-кремовой блузке, чёрной юбке, с гладкими чёрными волосами, заколотыми как у англичанки, и она наклонилась к Анне, воркующей за белизной столика, и всё это было на фоне серо-серебристого света, сочившегося из окна, бликующего на деревянной столешнице, и всё это было таким чистым и лаконичным, как завтрак в Икее. Не знаю, понятно ли я объясняю? - т.е. та же свежесть, прохлада, простота, чистота линий и... высокая цена этой простоты, т.к. она тщательно продумана и выверена.

Тут должен быть какой-то конец но я, признаться, очень рада, что никакого конца нет. И не будет.
out of the sun

(no subject)

"Она работала с нами, добиваясь того, чего лишь она одна могла добиться, и любила нас в созданных ею самой шекспировских образах, потому что прекрасно знала, что мы обречены. Такими прекрасными мы, обреченные больные, больные временем, уже не будем никогда. Старение, то есть то, что она подразумевала под этим словом, вносило особый, дополнительный смысл в ее любовь, никогда не безоглядную. Она нисколько не обманывалась на наш счет и никогда не обманывала нас, однако упорно возвращалась к этой мысли. Со стороны могло показаться, что она заклинает нас не стареть. А может быть, и заклинала, зная бесполезность заклятия. И все–таки продолжала “отапливать улицу”. Последние — ее собственные слова".

Елена Чижова