June 17th, 2019

say in jest

(no subject)

Совершенно чумовая книга "Гуд-бай, Берлин". Там один восьмиклассник связался с русским парнем, который вечно пьяный, и этот Андрей предложил унылому мальчику-немцу (у паренька мама в клинике для анонимных алкоголиков, а папа уехал с любовницей) поехать в Румынию на ворованной голубой "Ниве". Андрей - пьяница и двоечник, носит ботинки, похожие на дохлых тараканов, у нкго нет даже рюкзака... кладет тетради в целлофановый пакет. Но придумывать умеет, - с этим не поспоришь. И смелый. И ему тоже нечего делать на каникулах... друзей у него нет, на дни рождения не приглашают.
Повествование начинается, когда главный герой уже в больнице, тк парни попали в аварию.
"Я" выставил руку из окна, а голову положил на руку. Мы ехали со скоростью 30 километров в час среди полей и лугов, над которыми медленно вставало солнце, где-то за Рансдорфом. Это было самое прекрасное и самое странное, что со мной когда-либо происходило. Что в этом было такого странного, трудно сказать, потому что мы всего лишь ехали на машине, а я уже кучу раз в жизни ездил на машине. Но одно дело, когда рядом сидят взрослые и разговаривают о разных видах бетона и Ангеле Меркель, и совсем другое – когда они рядом не сидят и никто не разговаривает. Чик тоже выставил левую руку из окна со своей стороны, а руль держал правой. Мы взбирались на небольшой пригорок, и ощущение было такое, будто «Нива» сама по себе катится среди полей – это совсем другая езда, другой мир. Все казалось больше, краски – ярче, звуки – как в Dolby Surround, и я, честно сказать, не удивился бы, если б перед нами сейчас возник Тони Сопрано, динозавр или космический корабль".