Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна) (goldi_proudfeet) wrote,
Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна)
goldi_proudfeet

Categories:

и о втором полете в космос с подробностями

тут будет текст из контакта, но перед этим напишу, что перед плановой операцией мне решили подшить мочеточники. Да, сама впервые слышу, что и такие есть... понимаю, что если не сталкивался - не узнаешь...
Подшивали живенько. Через уретру. Врач называл меня донна Анна и весело говорил ассистентке: - Как у девушек все сложно! Нет, не жалей ее... а то решит, что я шить не умею... а я прекрасно умею шить.
Надо сказать, что это было хуже операции. Вот честно.
После операции, конечно, я думала, что умру от боли, которая огненной лавой бежит во мне, и я ору, вернее,издаю слабые стоны, но потом обезболили, и я отрубилась... а тут - другая мука. И донна Анна из меня разве что... "не Зоя Космодемьянская - попроси обезбаливающее", - говорили в предыдущей реанимации...
в последний день весны я опять летала в космос. 31-го мая мне сделали нужную операцию, и я рассталась с Деймосом и Фобосом. Оказалось, что это не шарики, а змеи целые, которые ловко оплели меня изнутри.
Эта операция прошла тяжелее, и внутри меня ползали огненные змеи, шипя, извиваясь... сквозь посленаркозный сон, я была сердита, что медсестра, к приходу трех врачей из отделения, била меня рукой в перчатке по лицу, чтобы я смогла говорить, но не будешь же нести чушь про змей, просто стонешь и не можешь открыть глаза... Что Людмилу Маратовну волновал лишь мой черный язык - я с закрытыми глазами сказала, что пила уголь накануне, но еще не знала про операцию, волновал млй неаккуратный хвост (будет колтун!), доктора Катю - детки (вам все сохранили, можно деток! - шепнула она и убежала догонять своих), зав.отделением по делу - жива ли я?
Потом были долгих три дня, когда ты живешь от обезбаливающего до обезбаливающего, от глотка воды до глотка воды, а между нами, в остывающей палате, где почему-то в этот раз лежали только мужчины, бродил худой, бедуинского вида, Хасан Бей. Он кормил с ложки тех, кому можно было есть, ослаблял чулки (его я почему-то могла об этом попросить), передавал воду от родных, менял капельницы, возил на кровати на УЗИ, подмывал из эмалированного чайника, а ночью я вообще его помню только коленопреклоненным, с кувшином - он собирал у всех мочу из катетеров и выливал. Ночью это тоже бесконечный процесс... Почему-то именно этот медбрат казался здесь самым спокойным, терпеливым, отрешенным и невозмутитмым. Ну и вообще можно целую монографию написать, что мужчина-медбрат спокойнее, чем мы, терпеливее... это странно, но после двух реанимаций, я вполне могу это признать.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments