Утром увидела в коридоре кота на коврике и погладила. Оказалось, что погладила свои чёрные меховые сапоги. Совсем кирдык моему зрению. А это я к чему? Тут две мои подруги надели очки, а ещё одному домашнему ребёнку их прописали.
-И там врач даёт попробовать и...
-Всё так потрясающе чётко вокруг становится, - киваю.
И угрюмо молчу, т.к. дальше рука медсестры их безапелляционно снимает со словами: - Вам ещё рано.
Дальше ты проходишь ещё несколько квестов, а под конец врач качает головой и таинственно говорит: - Ещё не время.
Видимо, это будет мем: когда совсем ослепну, то скажут:
- Теперь пора!
Подозреваю, что моя фантазия усугубляет дело. Вчера показалось, что от меня посередине улицы, на переходе, отвалился кусочек фольги. Только дома, глядя в зеркало, осознала, что это была моя серёжка, и сейчас многотонные машины радостно раскатывают её в пыль, орошая улицу Байкальскую тонким и звонким серебром.
Но при дневном свете я, конечно, вменяемая. Чудеса фантазии одолевают меня только ночью.
Почти как в сумеречном предновогоднем нашем Кранце (фото взяла со странички города Зеленоградск):
-И там врач даёт попробовать и...
-Всё так потрясающе чётко вокруг становится, - киваю.
И угрюмо молчу, т.к. дальше рука медсестры их безапелляционно снимает со словами: - Вам ещё рано.
Дальше ты проходишь ещё несколько квестов, а под конец врач качает головой и таинственно говорит: - Ещё не время.
Видимо, это будет мем: когда совсем ослепну, то скажут:
- Теперь пора!
Подозреваю, что моя фантазия усугубляет дело. Вчера показалось, что от меня посередине улицы, на переходе, отвалился кусочек фольги. Только дома, глядя в зеркало, осознала, что это была моя серёжка, и сейчас многотонные машины радостно раскатывают её в пыль, орошая улицу Байкальскую тонким и звонким серебром.
Но при дневном свете я, конечно, вменяемая. Чудеса фантазии одолевают меня только ночью.
Почти как в сумеречном предновогоднем нашем Кранце (фото взяла со странички города Зеленоградск):