Цветок чугунный в городской
Ограде льнет к пальто под локтем,
Дыша проезжею тоской:
Резиной, мглой, бензином, дегтем,
Окурком, снегом, колесом,
Копытом, прочерком, трамваем,-
Во всем, воистину во всем,
Свободный гений узнаваем.
Одежды стали тяжелеть,
Крупней раскрой, грубее ткани,
И нежно розовеет медь,
Перчатку чувствуя в кармане.
Юнна Мориц










Но, коль имѣется въ карманѣ табаку кисетъ,
Стало быть не столь прискорбна вся тщета бытія…
На почтовый экипажъ въ портмонѣ лежитъ билетъ,
Вотъ махнетъ кнутомъ ямщикъ — сгинетъ съ глазъ юдоль сія.
Табаку кисѣтъ (Витторіо Тсойскій)
Ограде льнет к пальто под локтем,
Дыша проезжею тоской:
Резиной, мглой, бензином, дегтем,
Окурком, снегом, колесом,
Копытом, прочерком, трамваем,-
Во всем, воистину во всем,
Свободный гений узнаваем.
Одежды стали тяжелеть,
Крупней раскрой, грубее ткани,
И нежно розовеет медь,
Перчатку чувствуя в кармане.
Юнна Мориц










Но, коль имѣется въ карманѣ табаку кисетъ,
Стало быть не столь прискорбна вся тщета бытія…
На почтовый экипажъ въ портмонѣ лежитъ билетъ,
Вотъ махнетъ кнутомъ ямщикъ — сгинетъ съ глазъ юдоль сія.
Табаку кисѣтъ (Витторіо Тсойскій)