Про Седова
Любимая история про Георгия Седова, наверное, про собаку по кличке Фрам, которая никуда от его могилы не ушла, а осталась на ней сидеть... среди льда и снега. Матросы оставили ей немного еды, когда поняли, что она не уйдёт...
А факт, что тело Седова потом в могиле не оказалось, не скорбный, а какой-то закономерный, ибо медведи должны были отомстить, я считаю:). В письмах к жене Вере Георгий постоянно писал про убийства медведиц и даже немного жалел медвежат, которые не хотели убегать от убитой матери, которая "дралась как тигра":
"В течение зимы убили 15 штук медведей и 4 маленьких взяли живыми в плен. Я был прямо-таки неустрашимым (ты, конечно, улыбаешься, но право же, это так Верунька, я ничуть не хвастаюсь, а хочу тебе говорить всю правду.) На карточке ты видишь меня и Варнака с огромным медведем, лежащим наполовину в берлоге. Его мы убили вдвоем с Варнаком, неизменным моим другом. Он немного при этом пострадал, ему в борьбе расцарапал медведь слегка голову и больше лапу. Я отделался лишь некоторым волнением. После медведя еще труднее было взять в берлоге двух медвежат. Они кидались на нас как безумные. Варнак, недолго думая, кинулся на них и схватил одного за горло, завязалась драка, тем временем я в рукавицах бросился на другого и вязал его ремнем. Пока я связал своего противника, Варнак, паршивец, успел своему перекусит горло. Медвежонок мне слегка поцарапал руки … рукавицы.
После этого я взвалил на плечо медвежонка и 8 верст тащил его домой, он мне «дрянь», всю спину изгрыз и все добирался до головы, я то и дело осаживал его по мордашке стволом ружья. Кричал всю дорогу. Варнак шел сзади и охранял меня. С судна послали за медведем и медвежонком нарту. На другой день ели чудное медвежье жаркое. Потом еще много пришлось убивать. Убивал Кушаков и Пинегин. Медвежата сделались совсем ручными, едят все включительно до конфет. Кизино их кормит раз в день. Из 4 один издох, а три теперь прекрасно живут: «Васька», «Тороска» и «Полынька». Сдружились с собаками. Играют, как у себя дома, кувыркаются с гор и проч. Прелестные животные.
Один медведь, нахал, пришел к нам прямо к борту судна и начал ловить собак. Вмиг поднялось все судно. Я выскочил с ружьем и немедленно послал ему пулю. Передняя лапа вон. Собаки десятка два кинулись на него, и завязалась драка. Медведь на трех лапах очень плохо справлялся с ними, но все же собаки летели от него как груши. Варнак 2 раза лежал под низом, но товарищи быстро его выручали. Я был в 5 шагах от свалки, но стрелять не мог потому, что собаки его облепили и мешали это сделать. Клочки шерсти так и летели, некоторые собаки прямо-таки садились на него верхом и рвали за уши, но он их ловко сбрасывал на сажень и больше в сторону. Снег покрылся кровью. Жаль отсутствовал Пинегин с кинематографом, вот бы была хорошая картина. В конце концов, я выбрал удобный момент и всадил ему еще две пули, после чего медведь покончил свою молодую жизнь. Собаки не переставали его теребить уже мертвого. В результате 5 собак ранено, хорошая шкура и вкусное мясо. Медведь оказался молодым и страшно тощим, вероятно, голод заставил его быть таким нахалом".
Поэтому это всё как-то грустно, но не очень. Мне нравится, что всё какое-то... настоящее. Война так война, борьба так борьба... почти как Мцыри с барсом, - у кого что, называется...
А факт, что тело Седова потом в могиле не оказалось, не скорбный, а какой-то закономерный, ибо медведи должны были отомстить, я считаю:). В письмах к жене Вере Георгий постоянно писал про убийства медведиц и даже немного жалел медвежат, которые не хотели убегать от убитой матери, которая "дралась как тигра":
"В течение зимы убили 15 штук медведей и 4 маленьких взяли живыми в плен. Я был прямо-таки неустрашимым (ты, конечно, улыбаешься, но право же, это так Верунька, я ничуть не хвастаюсь, а хочу тебе говорить всю правду.) На карточке ты видишь меня и Варнака с огромным медведем, лежащим наполовину в берлоге. Его мы убили вдвоем с Варнаком, неизменным моим другом. Он немного при этом пострадал, ему в борьбе расцарапал медведь слегка голову и больше лапу. Я отделался лишь некоторым волнением. После медведя еще труднее было взять в берлоге двух медвежат. Они кидались на нас как безумные. Варнак, недолго думая, кинулся на них и схватил одного за горло, завязалась драка, тем временем я в рукавицах бросился на другого и вязал его ремнем. Пока я связал своего противника, Варнак, паршивец, успел своему перекусит горло. Медвежонок мне слегка поцарапал руки … рукавицы.
После этого я взвалил на плечо медвежонка и 8 верст тащил его домой, он мне «дрянь», всю спину изгрыз и все добирался до головы, я то и дело осаживал его по мордашке стволом ружья. Кричал всю дорогу. Варнак шел сзади и охранял меня. С судна послали за медведем и медвежонком нарту. На другой день ели чудное медвежье жаркое. Потом еще много пришлось убивать. Убивал Кушаков и Пинегин. Медвежата сделались совсем ручными, едят все включительно до конфет. Кизино их кормит раз в день. Из 4 один издох, а три теперь прекрасно живут: «Васька», «Тороска» и «Полынька». Сдружились с собаками. Играют, как у себя дома, кувыркаются с гор и проч. Прелестные животные.
Один медведь, нахал, пришел к нам прямо к борту судна и начал ловить собак. Вмиг поднялось все судно. Я выскочил с ружьем и немедленно послал ему пулю. Передняя лапа вон. Собаки десятка два кинулись на него, и завязалась драка. Медведь на трех лапах очень плохо справлялся с ними, но все же собаки летели от него как груши. Варнак 2 раза лежал под низом, но товарищи быстро его выручали. Я был в 5 шагах от свалки, но стрелять не мог потому, что собаки его облепили и мешали это сделать. Клочки шерсти так и летели, некоторые собаки прямо-таки садились на него верхом и рвали за уши, но он их ловко сбрасывал на сажень и больше в сторону. Снег покрылся кровью. Жаль отсутствовал Пинегин с кинематографом, вот бы была хорошая картина. В конце концов, я выбрал удобный момент и всадил ему еще две пули, после чего медведь покончил свою молодую жизнь. Собаки не переставали его теребить уже мертвого. В результате 5 собак ранено, хорошая шкура и вкусное мясо. Медведь оказался молодым и страшно тощим, вероятно, голод заставил его быть таким нахалом".
Поэтому это всё как-то грустно, но не очень. Мне нравится, что всё какое-то... настоящее. Война так война, борьба так борьба... почти как Мцыри с барсом, - у кого что, называется...