Мы в школе не пели оперу "Борис Годунов", "Ивана Сусанина" - тоже. Поэтому я сделала ход конём и велела детям петь гимн России. Михалков растёт на наших глазах как поэт: идеологии там поубавилось, лесов и полей прибавилось, измерять Россию он стал не вширь, а ввысь (умно!), слова куда более сердечные и демократичные. Либералы (в любом коллективе они есть, куда без них, родимых? у меня все друзья они, ибо верят в свободу, любовь или просто хорошее в жизни, а я не верю) трагично играют бровями в особо опасных местах, где говорится о свободе. Поскольку я ровно дышу к свободе, дружбе, любви или вере (я просто старая больная тётка, которая разочаровалась в жизни в целом - или вообще не очаровывалась что тоже мне в минус), то переживаю за другое: у нас под раковиной живут тараканы, и мальчики каждый день караулят их как Том - Джерри, а потом ловят тряпкой с целью убийств. Мне на тряпку уже смотреть страшно, я новую завела, но понятно, что новую постигла участь старой. -Мальчики, когда у вас появятся другие интересы, кроме тараканов?! - начинаю я орать по утрам. А потом гимн, да... Сама я читаю вслух "Бульбу" (т.к. мои охламоны не читают ничего) и вздрагиваю, т.к. читаю "международное право" и "мы ещё толком не начинали". Короче, у детей свои интересы, а я бесконечно ищу совпадения, параллели и дивлюсь цикличности наших жизней: "Прелат одного монастыря, услышав о приближении их, прислал от себя двух монахов, чтобы сказать, что они не так ведут себя, как следует, что между запорожцами и правительством стоит согласие, что они нарушают свою обязанность к королю, а с тем вместе и всякое народное право. — Скажи епископу от меня и от всех запорожцев, — сказал кошевой, — чтобы он ничего не боялся: это казаки еще только зажигают и раскуривают свои трубки". Вообще ужасно боюсь, что с годами начнётся "слабеет разум, Таня, а то бывало я востра...", ибо у нас был старенький препод по литературе в нулевые годы, который брюзжал, что пришёл в "Продалитъ", а там, мол, портреты предыдущего президента. Он их посоветовал выкинуть, а молоденькие продавщицы ему говорят "нет, он нам нужен", а это они потому такие, что книг не читают и ничего наперёд не видят. Преподаватель хотел показать, как он умён и прозорлив, ибо у Сельмы Лагерлёф и Томаса Гарди герои под конец жизни становятся проповедниками, "т.к. ничего другого не умеют" (язвят крестьяне), а в нашей стране - преподавателями литературы. И очень я боюсь, что тоже начну так... лажать, что ли? Но начну, конечно... куда без этого. Остановиться бы вовремя. Детям постоянно говорю, что во мне играет казацкая кровь, когда хочется им поддать за озорство на уроке... на самом деле, конечно, в них играет. Сегодня залили пол водой так, что я злобно с утра швыркала шваброй, а им велела повторять хронологию...