Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна) (goldi_proudfeet) wrote,
Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна)
goldi_proudfeet

из того, что важно:

"те школы запрещали опираться на учебники, т.к. те способствуют лишь деградации"

"мармелад - это вся темнота комнаты, которая таится в комнате. вкус тьмы"

"Кролик - воплощение европейского рационализма, а Иа - циничный меланхолик в отрицательном смысле для Европы"

"героиня фильма "цвет синий" ведет себя согласно индийской философии - не может делать противное своему нутру"

"обычно человек больше доверяет невербальному, а философия Востока доверяет только ему"
(из лекций)


Восемь часов философии пошли на пользу моим верхним чакрам. Ими я так усердно занимаюсь в этом году, что забываю менять позу в течение двух-трех часов, а нижние чакры безжалостно мстят за бессовестное ими пренебрежение.
На самом деле это были последние часы, и больше у меня ничего такого интересного в этом семестре не будет... я тайно и немного преступно люблю лит. анализ, но он лишь удовлетворяет самые сильные желания, а чувства полета, конечно, не приносит.
Из группы нас осталось только двое, а с нами были несколько историков. Последние два часа были уже для шести-семи человек. И я очень хорошо понимаю, что такое грандиозное и важное бывает один раз в семестр. И кто еще мне расскажет про чай, про мармелад и про смерть? И если ты с детства каждый день к ней готовишься, выходя на улицу в последний раз, и ты с подозрением смотришь на еду, т.к. она может быть отравлена, на ненадежные стены и потолки, на неуправляемые машины, на незнакомых людей, - очень хочется, чтобы кто-то с тобой поговорил об этом под пристойным видом лекций. В чем заподозрить? На литературе можно таким же приличным способом поговорить о любви, а остальное все-таки не очень важно...
Когда я иду домой по такой купеческой, такой двухэтажной, такой любимой улице, вдоль чугунной ограды, то все следы на дороге вижу полозьями от саней, а все тени кажутся дамами в шуршащих юбках и шляпах с перьями (у них в сумочках пистолеты и перчатки), всех приказчиков, обвязанных красными кушаками, толстых и важных бояр в шубах и смешных шапках... на улице Ленина я сегодня видела алый башмачок. Ярко-алый крошечный башмачок! - а вблизи это оказалось смятой пачкой из-под сигарет. Обидно, право!
Мне бы опустить больную и усталую голову в сугроб, что я всякий раз хочу сделать, стыдливо оглянувшись, но... никак не получается столько себе позволить. Вот выйду на пенсию и пойду безобразия учинять:).

Весна приближается. Мы с Г. были маленькими, когда расковыряли тополиную почку в конце января. Почка была сочная и зеленая. Мы потом весь день нюхали ладошки и говорили: "лето скоро!" Деревья напряглись, мир изменился, зима "дрогнула лицом", но не отступила.
И каждую весну я слышу в голове голосок Веры Матвеевой перекатывающимися звуками Киплинга: "пусть гуляю я по Стр-р-рэнду с целой дюжиной девиц, мне пр-р-р-ротивны из замашки и р-р-р-румянец гр-р-рубых лиц!", и хотя я ни с кем не гуляю, но истово хочется обернуться лицом к востоку, ведь заря - как гром- приходит, из-за них - через море, из Китая... и весна тоже откуда-то приходит. Обещаю, что буду вести себя хорошо: учиться только на пятерки, никогда не кричать на детей, контролировать собственный хаос и послушно есть суп, но только пусть она уже совсем приходит, ладно?
Tags: "жабомымра с повидлом", "чего хочет женщина - того хочет бог", институтство
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments