Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна) (goldi_proudfeet) wrote,
Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна)
goldi_proudfeet

Categories:

"только боги и только дети восходили в такие выси: выше крыши клубилось небо, выше неба была любовь"

88,13 КБ
Случайно попала в поток первомайской демонстрации и очень радовалась: все эти дети с красными флажками, едущие верхом на папах, шары, цветы и оркестр - возвращают в мой 20 век (это самое гениальное название для серии биографий). И флажки были на всех фонарях трех цветов: красные, желтые и голубые. Но алые и большие - самые любимые.
И сердце бухает, как оркестр, и новые дети, спустя двадцать лет, заслышав призывные гимны, маршируют по тротуарам. Чтобы добежать до нужной мне церкви, я свернула на соседнюю улицу и бежала по этой пустынной улице, где марши напоминали выстрелы, а мои подошвы щелкали не хуже пулемета. Добежала я намного быстрее, но, оглядываясь, я видела, что улицу Ленина заливает красная волна, а впереди на церквях трезвонили колокола.

Филибер и Анджела стояли возле церкви - ждали меня и Ярославну, которых демонстрация отрезала от них перекрытой улицей. Они были из двадцатого века, и я сфотографировала их. В публичном вы увидите ретроперспективу событий *серьезно* -


Ярославну принесло вместе с

. Мы вощли в церковь, и толпа сразу осталась за толстыми стенами. Церковь мы выбрали ту самую, в которую нас все детство водили на экскурсии и новогодние ёлки - в те годы там был музей.

Церковь эту построили еще при Петре I, и она такая же древняя, как мы сами, потому что с раннего детства. Мы поднялись туда по железобетонной лестнице, которая сохранилась со времен музея, туда, где маленький алтарь, библиотечка, выставки и макеты, а потом - выше - по узкой-узкой лестнице, где двоим не разминуться никак, и надо вобрать в себя воздух и одежды. Далее - узкий туннель, где Филиберу пришлось сильно согнуться, чтобы не цепляться головой. Мы поднялись еще и оказались в круглой башенной комнате, где стояли...

. Здесь детям обычно все рассказывали - и нам когда-то - тоже. Тогда было Рождество тридцатиградусных морозов, темнота, и я дрожала в этих комнатах в костюме Буратино с картонным носом, вязаным колпачком и голыми коленками, а церковно-музейные работники пугали нас страшными историями.

Мы ждали, когда кто-нибудь придет и откроет дверь, ведущую на следующий уровень, за которым узкая винтовая лестница и люк, ведущий на колокольню. Были две чужие девушки в платочках и четыре или пять чужих мальчиков лет 16-17. Они деловито спросили: "кто крайний в очереди?"
Мы ждали и не скучали, т.к. вспоминали, как "бьют часы на старой башне". Ярославна стала
.
Потом девушки ушли и пропали, но мы все равно дождались. Поднялся дяденька, очень похожий на моего любимого швейцарского учителя господина Ванценрида. Он охнул: "вы все одна группа школьников?" Мы засмеялись и сказали, что мы разные.
Он повел нас в кабинет звонаря (там даже ноутбук стоит, т.е. это не какая-нибудь темная келья:), где велел нам помолиться, чтобы хорошо позвонить. Спросил название какой-то молитвы, а мы пристыженно сказали:
-Мы знаем только "Отче наш"!
Дяденька махнул рукой: - Ай, дети, будете быстро повторять за мной специальную!
Дальше он побормотал, мы решили просто покреститься в такт, а потом все дружно полезли наверх. Сверху нас захлестнуло шумом снизу, морями флагов, которые расходились уже по разным улицам, ветром и гулом колоколов. Дяденька спросил наши имена и начал учить.
Мальчики играли первыми, и дяденька с ними изрядно помучился, т.к. у них с чувством ритма было, как у большинства людей без музыкального образования. Меня дяденька тоже поставил задавать тон альтовым колоколом, и я была готова от стыда сквозь землю провалиться, ибо мисс Энни у нас девочка способная только на вид, но не на деле.
-Аня, куда ты так спешишь-то? - опешил звонарь.
Сразу вспомнила музыкальную школу и свою долгую и нелегкую музыкальную жизнь.
В конце-концов что-то начало получаться, когда на "капитанский мостик" поднялись мои дорогие вальдорфцы и начали серьезно и вдумчиво трезвонить. Звонарь, впрочем, не терял надежды на мою реабилитацию:
- Девочка будет мальчикам играть вот на этих шумных колоколах. Узор будет для нее: один колокол медленно, а другой - в два раза быстрее. Ей понравится!

И последний звон был самым удачным: Ярославную оттеснил чужой мальчик из тех, о которых я читала в книжках и тех, которых я очень редко встречаю в своих классах. Он взял на себя басовый колокол и педаль, Филибер играл на сопрановых, Анджелины руки двигались возле моего лица, задевая веревки альтовых, а я осторожно трогала руками веревки моих шумных колоколов. И самые красивые фотографии остались в моей памяти:
одухотворенное лицо Филибера,
сосредоточенное лицо мальчика,
огромные голубые глаза Анджелы,
следящие за натянутыми веревками-струнами...

Звонарь привел священника послушать. Священник - против ожидания - был не толстый и не в рясе, а очень обыкновенный - в рубашке и джинсах. И на прощание звонарь сказал, что нам надо приходить чаще и тренироваться - тогда можно и узоры сложные разучить.

Мы кружили вниз по винтовой лестнице, а в ушах у нас все шумело и звенело. Вышли. Ярославна предложила идти на реку, а я сказала, что по такому случаю поделюсь - покажу дверь в "Дырявый котел", который есть и в нашем городе. Мы недавно нашли его с мамой. Это дверь, ведущая в бывший ресторан, который теперь магазин одежды, но туда надо подняться по старинной лестнице, а потом нырнуть в коридор с кривыми зеркалами, где на стенах нарисованы старинные двери, метлы, крысы, паутины, гномы, коты, звезды... в этом коридоре все время ходят переодетые волшебники и случайные маглы. Все это, конечно, для отвода глаз, но мы-то сразу поняли, в чем дело.
Продащица спросила: - Дети, вы куда-нибудь пройдете, может быть?
Филибер: - Мы любуемся и восхищаемся.
Ярославна: - Мы тут вообще в шоке...
Продавщица-волшебница звонко рассмеялась и упорхнула в дверь за кривым зеркалом. К сожалению, там ходят толпы людей, и сфотографировать ничего нельзя. Но я подумала, что если ко мне кто-то понравится - обязательно поведу его смотреть на дверь в Косой Переулок.

Возле входа девочка продавала газеты с портретом Фродо и Дамблдора, и мы купили себе такие газеты и гадали по ним - на память об этом дне. Анджеле выпала Древняя Русь, Ярославне - смена жизненного пути, Филиберу - любовь, а мне - работа и школа.

Потом мы немного поотдирали штукатурку с одной старинной стены, а Филибер снимал ее на пленочный фотоаппарат и долго не мог уйти - хотел докопаться до древнего слоя и реконструировать фасад.

На оружейной площадке дети по-прежнему сидят верхом на танках и "катюшах", по улицам по-прежнему ходят иностранцы, нищие и обыватели. Проносятся знамена, машины, столбы пыли, а потом будут проноситься листья... но сейчас наша задача их дождаться. И мы дождемся!:)
А я закончу опять "Белой гвардией", потому что весь день был из 20-го века:

Весь город празднует весну, бежит по рельсам праздничный трамвай.
Летят воздушные шары, и чья-то девочка кричит: не улета-а-ай!..

дальше - больше фотографий
115,47 КБ
82,71 КБ
109,16 КБ
83,19 КБ
53,39 КБ
68,58 КБ
130,80 КБ
72,80 КБ
Tags: "друзей моих прекрасные черты", "незачем иметь этот город без...", Пасха, запечатления
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 41 comments