Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна) (goldi_proudfeet) wrote,
Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна)
goldi_proudfeet

"но я ещё грешу - ещё мозгами вниз над бездною вишу и... польза прочих поз не стала мне наукой!" (с)

Сегодня я была немного раздражена для того места, где я отсиживаю срок, т.к. через три-четыре часа у меня распухают ноги - ну, у всех нас есть какая-нибудь судьба, т.к. нельзя же всё сразу: и тёплый дом, и маму, которая всегда ждёт тебя с работы с шоколадно-коричным тортом и горячим обедом, с любимой работой, счастливым детством, прекрасными друзьями, талантливыми учениками и сбычей мечт, касательно их домашних заданий (хоть иногда)... где-то оно всегда будет убывать, но это вполне нормальная плата.
Поэтому я слегка злилась, даже отвечала что-то, хотя делала это таким неприятным голосом, что периодически пинала себя одной ногой под коленку - не выпендривайся.

А думала о том, почему никто из супермодерновых режиссёров ещё не догадался снять фильм в стиле Чехова - снять такой усреднённый вариант жизни? Но ответ приходит сразу - как только ты отводишь взгляд от окна - такой скучный и пустой фильм никто смотреть не станет.
Это я пришла сегодня и захватила кусок Каменской, которую мы с мамой очень любим. И даже совершенно дурацкие сюжеты этой любви не отменяют. Боюсь, что мир криминала гораздо романтичнее мира образования (в том смысле, что зрелищнее).

Желая облегчить себе жизнь - занимаюсь дома, закинув ноги на диван, поставив книгу на грудь. Спустя какое-то время сердце начинает возмущаться таким положением дел, но зато хотя бы ноги не испытывают земного притяжения и прощают мне институтские парты, пары и вес моего тела.
Шучу, что древнерусскую тоску никто ещё так не учил. Литературу - да. Помню, что её я всегда делала на рассвете - на неё никогда не хватало сил и времени, поэтому будильник я ставила на пять утра, а тетрадку клала под подушку. Потом я щёлкала выключателем и строчила в духе Некрасова последних лет, пристроив тетрадку на коленях. Не подумайте, что я была такая соня, но просто мне в тот год попался милый и весёлый врач, который прописал мне чудодейственную комбинацию лекарств, которые сделали так, что спала я по 12 часов в сутки, чувствовала себя прекрасно, но всю старшую школу провела словно в лёгком опьянении.

Чахлые бархатцы возле аптеки подняли головы. Рядом растут две рябины. Одна рябина - сплошь золото, другая - зелёно-красная - в лучших ирландских традициях. Воздух такой, что хочется вдохнуть до боли в рёбрах - и гулять, гулять, гулять... тот короткий отрезок пути, который можешь себе позволить, - тянешь изо всех сил и пытаешься продлить.

А я всё такая играю в Аню Энгельгард - дочку профессора, на которой женился Гумилёв, чтобы досадить А.А., когда та вышла за Шилейко. Гумилёв, конечно, и эту Анну сослал в Бежецк, где она сидела со старухами и шила саван долгими зимними вечерами.

Глядя исподтишка на своих одногруппниц, удивляюсь, что есть худенькие и молоденькие... интересно, что после рождения детей они всё ещё худенькие и молоденькие, но ты понимаешь, что через десять лет черты и углы начнут стираться, а потом они превратятся в тех, кому сейчас сильно за сорок и слегка под пятьдесят. Так вот - даже худенькие и молоденькие не выглядят заморённым; я же напоминаю стареющую звезду рок-н-ролла, которую наконец подкосил нездоровый образ жизнь (опять же тишь библиотек...), хотя... слава богу, не на всех это всё одинаково действует. Но хочется всегда сказать детям: не надрывайтесь так сразу - состаритесь.

Но удивительно, что даже здесь я чувствую себя юной, несмотря на боли, на скрюченные пальцы, которые противятся тому, чтобы держать ручку... но, понимаете, именно здесь возникает естественное здоровое желание: идти по улице, щуриться от солнца, смотреть на людские лица, соприкасаться руками, смеяться, слышать голоса и звук собственного голоса - это я у Фаулза украла, кажется. Он точно так, настолько помню, описывал переживания девушки коллекционера.

У нас там есть молодые, но нет юных... то есть все те, кто уже перешёл в разряд черного пальто и шёлкового шарфа (и я в том числе). Кроме того, тут немного другая среда - без веяния запада, но чистая и честная провинция - без примесей.
И именно потому хочется джинсы, свитер, рюкзак, кроссовки и дрэды. И расписывать стены домов краской из балончика, и спать на вокзале, и сидеть на тротуаре, и кататься на этом... на скейте, ей-богу. Можно даже пить... или наоборот - вести здоровый образ жизнь и совершать велосипедные прогулки по аллеям с жёлтыми европейскими указателями.

Взрослая жизнь, которую я выбрала четыре года назад, нужна и для того, чтобы твёрдо знать, что только юность и молодость живы (хотя:) - так как молодость и глупость звенят колокольчиками:).

И ещё именно там понимаешь, что то, о чём ты мечтала восемь-десять лет назад - осуществилось. И даже без существенных изменений, потому что я всегда хотела работать в школе, всегда жалела, что не могу ускорить это, но балканско... бакланский... лаврский-монастырский! - курс этому способствует за умеренную плату, и я не могу дождаться июня, когда я смогу сказать ему большое оскароносное спасибо.

Для тех молодцов, которые "досюда" дочитали:
- это я так шикарно и продуктивно готовлюсь к экзамену. Нет, это не экзамен года (экзаменом года я называю предметы, которые в школе не изучают, поэтому они вызывают недоверие), но...
А вы, ребятки, смотрите фотки:









Это были позапрошлогодние фотографии Ярославны, а от меня тут всего лишь три последних дня:







Tags: "крутость характера одиночества", запечатления, институтство
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author