Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна) (goldi_proudfeet) wrote,
Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна)
goldi_proudfeet

Categories:

"Пожалуста... сделайте так чтобы я неразучился читать и писать"

Он спросил есть ли у меня друзья или родственики и я
ответил нет у меня никаво нет. Я сказал ему что когдато у меня был друг
котораво звали Элджернон...


Надо написать:
я проглотила тут триста страниц романа "Цветы для Элжернона" - и только так я узнала, что мой самый любимый рассказ (кое-где написано "повесть" - разные варианты), над которым я плачу по-настоящему, может быть развёрнут и...
я даже поняла, почему никого из моих знакомых (интернет) он не впечатлил. Всё дело было в убыстрённом монтаже, в сжатости текста - в стремительности взлёта IQ, прямо пропорционального падению.

Что интересно: тот период некой стабильности Чарли Гордона, сведённый к кульминации - победа над знанием профессоров, здесь длится дольше, включая в себя Нью-Йоркский период, встречу с семьей, побег Чарли и Элжернона с конференции, их житьё в квартире с пивом и вечерним футболом, - всё это рассеивает внимание и притупляет чувство безумной боли.

Роман как жизнь. Роман показывает график интеллектуального взлёта и падения в той системе координат, где это смягчено "точками опоры" - обрастает воспоминаниями, деталями... как к старости мы обрастаем рамочками с фотографиями - подготавливая себя исподволь. Подготавливая себе "мягкую постель", чтобы было, где умирать.

Чарли Гордон с подковой и заячьей лапкой в кармане куртки беззащитен - открыт, чист, прост; в романе есть семья - а её не должно быть - он должен быть никому не нужен, чтобы никто даже не заметил - в этом дело.

Это - как студенты на экзамене, вооружённые деревенской смекалкой, подкованные шпорами, волшебными ручками, пятаками и.т.д. и какие-то запредельные клинические идиоты, вроде вашей маши. Но "маши" знают: в пропасть нужно падать без дополнительного балласта.
И - что важно - балласта памяти. Ибо падаешь в пропасть, которая во ржи, и у тебя при этом не должно быть кармана, полного ржи (если уж я затронула англоязычную литературу), потому что "не возил я продавать рожь" (по слову поэта), не может быть никакой ржи, помимо той, которая разъедает, той которая "ржавью", явью...

То есть здесь действительно произошло смягчение - "подстелили соломки" падающему персонажу, замедлили падение, снабдили героиню банкой из-под варенья в полёте под землю - получили Алису.

Чем выше цель - тем страшнее должно быть неизбежное падение; человека, завороженного пропастью,
не может не привлекать эта идея падения после стремительного взлёта. Каждый раз, стоя на краю, мучительно вглядываясь внутрь, пытаюсь соотнести высоту нынешнего взлёта с глубиной.

Ни одна высота не стоит таких страшных падений, но это тоже самое, что и ни одна жестокая возлюбленная поэта, например, не стоит его смерти, но этот закон действует - поэтому покорно прыгаешь с каждой крыши, теряя всё.

Память - самое ценное. Самое важное - то самое дорогое, что есть у меня; отношения с памятью в рассказе показаны идеально - а романе Чарли с частичной её потерей напоминает старого ворчливого человека, окружённого заботой жены, и это снижает напряжение - это примиряет с действительностью.

Но всё дело в том, что у Чарли Гордона - живой души - не может быть никакой жены; у него не может быть старости, какая старость может быть у самого лучшего, самого тонкого, вечного и невесомого, что есть?

Но зато в романе чуткость убывает прямо пропорционально росту интеллекта, а в рассказе остаётся только грусть и невозвратность человека, знающего, что его ждёт в конце дневника, ибо как все необыкновенно умные люди, Чарли знает, как всё будет, и ему заранее от этого...

"Я уже начал замечать в себе признаки эмоциональной неустойчивости и
забывчивости - первые симптомы конца.

10 июня. Ухудшение прогрессирует. Я становлюсь рассеянным. Два дня
назад скончался Элджернон. Вскрытие доказывает правильность моих
предсказаний. Вес его мозга уменьшился, обнаружено общее сглаживание
мозговых извилин, а также углубление и расширение борозд.
Полагаю, что со мной происходит или вскоре будет происходить то же
самое. Я положил труп Элджернона в коробку из-под сыра и похоронил его на
заднем дворе. Я плакал.

15 июня. Ко мне снова приходил доктор Штраусс. Я не пожелал открыть
дверь и попросил его уйти. Я хочу, чтобы меня оставили в одиночестве. Я
становлюсь обидчивым и раздражительным. Чувствую, как сгущается тьма.
Очень трудно выбросить из головы мысль о самоубийстве. Я все время
напоминаю себе, какую важность приобретет впоследствии этот
интроспективный дневник.
До чего же это странное ощущение, когда берешь книгу, которую с
наслаждением читал всего лишь месяц назад, и обнаруживаешь, что совсем ее
забыл. Я вспомнил, каким великим человеком казался мне Джон Мильтон, но,
когда я сегодня попробовал почитать "Потерянный рай", я абсолютно ничего
не понял. Я так рассвирепел, что швырнул книгу в другой конец комнаты.
Я должен попытаться сохранить хоть что-нибудь. Что-нибудь из того,
что я за это время познал. О господи, не отнимай у меня всего..."

<...>

"Севодня я сделал глупость я забыл что уже не хожу как раньше
в клас к мисс Кинниен в школу для взрослых. Я зашел в клас и сел на мое
старое место вконце комнаты а она страна посмотрела на мня и сказала
Чарлз.
Я непомню чтобы она меня когданибудь так называла она говорила просто
Чарли и я сказал привет мисс Кинниен я приготовил мой севодняшний урок
только я потерял книжку для чтения по которой мы учимся. Она заплакала и
убежала из комнаты и все на меня посмотрели тут я увидел что это совсем
другие люди а не те которые раньше со мною учились в одном класе.
Потом я вдруг вспомнил чтото про апирацию и как я стал умным я сказал
боже мой я паправде свалял Чарли Гордона. Я ушел до того как она вернулась
в клас.
Поэтому я навсегда уезжаю из Нью-Йорка. Я нехочу еще раз сделать
чтонибудь вроде этаво. Я нехочу чтобы мисс Кинниен меня жалела. На фабрике
все меня жалеют и этаво я тоже нехочу поэтому я уеду в какоенибудь место
где никто не знает что Чарли Гордон раньше был гением а теперь даже
неможет читать книги и хорошо писать.
Я беру ссобой пару книг и даже если я несмогу их читать я буду много
упражнятца и может я забуду не все что я выучл. Если я очинь постараюсь
может я буду немножко умнее чем до апирации. У меня есть кроличья лапка и
счасливое пенни и можетбыть они мне помогут.

Мисс Кинниен если вы когданибудь прочтете это не жалейте меня я очинь
рад что я использывал еще один шанс стать умным потомучто я узнал много
разных вещей а раньше я никогда даже незнал что они есть на свете и я
благодари за то что я хоть наминутку это увидел".

(Цветы для Элжернона:
http://lib.ru/INOFANT/KIZ/eldzheron.txt)
Tags: свидетели, чужие слова
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments