Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна) (goldi_proudfeet) wrote,
Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна)
goldi_proudfeet

"The miracle of love will take your pain..."

Между мелкими и старшими успела гулять под дождём, есть пиццу и наслаждаться жизнью без детей (это очень важное условие:); ну, если учесть, что я до четырёх резала и клеила им золотистые книжки-слайдеры, на которые замахнулась мисс Анетт, поэтому сегодня я влетела в класс:
-Чилдрен! Кто мне даст свою тетрадку с текстом - мисс Анетт велела спросить у вас.
-Я! - завопили спиногрызы, но я успела поймать тетрадь Алёнушки, в которых уже всё расчерчено, пронумеровано и списывать можно смело - ошибок при списывании она делает всяко меньше меня.
Мало того! - когда я писала за Пистолета его книжку (почему-то отказалась помогать Арчибальду, но я зимой за него написала книжку про катапиллу - отдыхаю теперь; сделаю потом...), то бросила клич:
-Стиралку!
Секунда - возник Дональд - и дал мне оранжевую стиралку, а я подумала:
-Нет, через пять лет меня, возможно, полюбят даже мои конфетки-нимфетки - кто бы мог подумать, что мы со спиногрызами вообще доживём до того, что они чему-то научатся!

С запоздалым страхом подумала: - Что бы я с ними делала, если бы не научила их писать? - и ледяная струйка стекла по спине.

Букинг (в прошлом году-то был спэллинг) идёт так хорошо, что я слышу то, о чём говорят восьмиклассницы - там у нас тихо... почти санаторий.

Тихоня, которая все годы казалась мне довольно безнадёжной мечтательницей, поразила меня: написала в своей книжке, что у неё живёт дракон, который ест красные розы и карамельное мороженое (в шаблоне слова другие, но умные догадываются писать свои);
а Пэтти-Пикабу написала, что у неё вообще нет никакого дракона, но есть кошка, и про неё она всё напишет.
Дональд сделал по-мужски лаконичную книжечку, но тут же затолкал в рюкзак - домой; многие сказали, что будут читать родителям, а Полли сделала книгу под дизайн своих чОрных ногтей (чем бы дитя не тешилось - я порадовалась).

Поскольку дети знают, что я плохо училась рукоделию и математике - не ругались по-поводу лохматых краев, зазубрин, оторвавшейся фольги и неровных дырок, которые я тыкала шилом, чтобы вставлять тесьму.

Восьмой класс немного меркнет на фоне спиногрызов нынче (ну... анна андреевна меркнет, значит); но я отнеслась к этому легкомысленно. Зато порадовалась, что встретила Джулию Хэрцлих - "приходите уже!" - говорю. Потому что у меня все отличники решили разом болеть, и я чувствую себя гласом, в пустыне вопияше...

Новый мальчик надо мной сжалился - новенькие вообще все лапки - им почему-то не стыдно хотя бы изображать порядочность и отвечать, когда учительница уже чуть не плачет - почему дети сидят, говорить не хотят...

Половину урока честно работали все, а оставшуюся половину - новый мальчик, хотя Энди старался отвлечь его от этого неблагодарного занятия игрой в "нарисуй ноги голове", которая занимала его юный ум, несмотря на мои сухие замечания: - щас убью...
(я теперь ограничиваюсь одной ёмкой фразой, хотя четыре года назад обещала отрубить руки, голову, выгнать в коридор - и ещё какие-то ужасы).

Планку я подняла слишком, поэтому дети смотрели довольно уныло - опять она за старое... в паровозики играть было интереснее.

Зато второй класс сегодня предложил выгнать Чарльза (тот зажигал весь день - надеюсь, что к вечеру не поджёг школу), а я искренне протянула:
-Да ну-у-у-у... Жа-а-алко...

Чарли пошёл ва-банк: он до этого носился с воплями "тут никого не ругают!" и громил мебель, а сегодня выпачкал руки в земле, и я попросила его их вымыть - увидев его десницу на хрупкой ключице Эммы (играли в паровозики-мостики). Чарли руку помыл плохо, потом никак не мог её дать мне, но я тяжело вздыхала: - Чарлик! Поверь, мне уже ничего не страшно...
Тогда он намочил рукав и нарисовал на стене домик с трубой, в надежде, что я начну кричать. Обломилось ему. Долго и нудно с ним беседовала, заглядывая в глаза. Весь класс внимал со ехидством. Чарлик решительно рассыпал какую-то крупу по классу (разгрыз мячик?), но я кое-как всё замела и начала раздавать платья для эвритмии.
Кого бы вы думали... я нашла в шкафу?! - разумеется, Чарлика!
-Иди, побегай! - вытащила я его из шкафа.
Чарльз решил бегать вокруг меня, периодически меня в меня врезаясь.

В общем, это был весёлый и бодрый вечер, залитый солнцем - в противовес - дождливому и задумчивому утру.

Первый класс, прощаясь со мной за руки: - Мисс Энни, вы знаете, что Андрей разбил утром окно у нас?
-Андрей-воробей? - морщу лоб.
-Ага! - радуются первоклашки.

На перемене спиногрызы играют в жмурки, и Доня подходит ко мне, которая пишет на доске и почти отсутствует, Доня начинает деловито меня щупать, я слабо и вяло реагирую, а спиногрызы взрываются восторгом: - Это мисс Энни, ха-ха-ха!
-Ох, извините! - хохочет Доня.

Во время кульминации пафосного анализа стихотворения Пушкина, в полной тишине, благости и святости... из моей сумки явственно раздаётся "you've got mail!" - забыла отключить.
-Извините, - смутилась я.
Конфетки переглянулись: - Попалась! - что уж они там подумали - их дело, но я мысленно отметила:
-Либо Джорджик, либо Вайолет.
Впрочем, дети бы не поверили - конечно, у меня там что-то необыкновенное должно быть (судьбоносная эмэмэска от Бога - не меньше).

Спиногрызов ничтожно мало, мелких и крупных - тоже; но жизнь с ними давно приучила меня ценить тех, кто есть, поэтому я отпускаю себя в свободу, выходя оттуда, как с качелей, когда они после взлёта блаженно опускаются, а ты закрываешь глаза и чуть откидываешься назад, подставляя лицо солнцу.
Сегодня, правда, было дождю, но это в общем-то неважно...

-В какой пустыне влачился пророк? - вопрошаю. - В той, которая метро в час пик? или той, которая с песком?
-Да это и неважно, - улыбается Теодора.

Опять взмываю вверх, чтобы через секунду замирательно опуститься вниз.

И такие огромные дни...
Tags: дети
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments