Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна) (goldi_proudfeet) wrote,
Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна)
goldi_proudfeet

"вот ещё такая штука есть - если близко к человеку встаёшь, ну то есть совсем близко, так что слышно, как у него там внутри хрипловатый маятник мается, задевая сизые розовые стенки, когда вот так близко встаёшь, то на секунду начинаешь любить его ужасно сильно, просто становишься им и любишь его как себя

со мной такое случалось пару раз, а сегодня случилось в третий: я полюбил эту самую фиону, столкнувшись с ней в полдень в дверях в зеленной лавке на чейнмаркет
хожу туда за сельдереем и сливовым домашним джемом

раньше я её видел с археологами в кафе, неужели она археолог? такая рыжая! торопливая! и вечно кутается в огромные платки с бахромой - этот был цвета разбавленной охры - как будто на сквозняке, и вот с нею я застрял в створчатых узких дверцах, на счёт раз, два, три, и услышал её сердце, и почуял дыхание
вам холодно? спросил я и сам испугался
глаза у неё вблизи оказались крыжовенного цвета, а нос слишком тонкий, с розовым простуженным кончиком
этот кончик меня и добил
я не хочу быть с фионой, я хочу быть фионой
как хотел быть лукасом, или даже сильнее
ведь я не слышал, как стучит его маятник, и он ни раз не усмехнулся мне вот так, одной только расщепеленной морщиной у рта"

(Лена Элтанг, Побег куманики)

до какого-то возраста всё ищешь, ищешь такую фиону, не находишь, а потом понимаешь, что иного выхода не остаётся, и сам становишься себе фионой. и для всех окружающих - тоже.

всем нам чего-то в ком-то, или вообще кого-то конкретного, остро не хватает, поэтому иногда приходится восполняться недостаток собой.

это как в детской игре, когда тебе приходится озвучивать и барби, и её мужа, и её старшую дочь (бессловесных детей, слава Богу, озвучивать не нужно!), и сестру, и какую-нибудь русалочку, крёстную фею, старую собаку с оторванным ухом, но, разумеется, говорящую; иногда нужно говорить за младшую и ещё плохо говорящую подругу, надо откликаться на какие-то бытовые реплики дома, а в конце дня ты так устаёшь, что перед сном сообщаешь вслух в темноту комнаты:
-я так устала...

И двадцать лет потом я сообщаю эту фразу почему-то утром, когда ещё не могу говорить вслух, но она получается беззвучно, но очень чётко - первая оформленная фраза, которую я говорю всегда, даже в выходной день; через пару часов я ей удивляюсь, но, м.б., наличие не одной и не двух фион внутри эту фразу объясняет.
Tags: o mummy mummy blue, чужие слова
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author