Уезжаю до конца лета. Напоследок посмешу историей про Филибера на морях. Вечер. Волнорез. Филибер в красных закатанных штанах и красно-коричневом парео разгуливает туда-сюда с сигаретой в одной руке и бутылкой молодого вина - в другой. Филибер наслушался моих рассказов и решил, что едет в рай. Но персики в деревне Дыдыркой (простите, Дедеркой) стоят сто шестьдесят рублей килограмм, а овёс и вообще дорог - не подступишься. -Пошёл на рынок за морепродуктами, - важно сообщил. - Там три тухлых рыбины на прилавке. -Дорогой, но ты же сам говоришь, что неделю шторм... вот он кончится - и будет рыба, - неуверенно отвечаю. Пока его спутница знакомится с местными мальчиками, которые тут же кидаются делать предложения (я почему-то в жизни чаще таких встречала, а в литературе и в кино - сплошь какие-то негодяи...), Филибер знакомится с мамой такого мальчика. -Если бы ты её встретила - тот час же влюбилась бы! У неё такое лицо!.. как у Мэрил Стрип!.. Сообщил, что она гадала ему на кофейной гуще - мол, что он черепаха, медленно плывущая к цели, что всё у него будет хорошо, что у него есть два друга - пингвин и дельфин. -А эта женщина... нормальная? - осторожно спросила. -Нормальная, - слегка удивился Филибер. Словом, заверю вас, что хотя бы Филибер у нас не скучает. Сама я тут почуяла приближение детей... идёшь через незнакомый двор и подпрыгиваешь от внезапного "хэллоу, мисс энни". Но, как ни странно, всё это не вызывает отрицательных эмоций. М.б., я хоть что-нибудь да люблю - как Холден Колфилд. И вообще - десять дней без связи, интернета и внешнего мира пойдут мне на пользу - буду читать умные книги из библиотеки со знаменем Ленина, ходить вдоль берега, пинать шишки и думать о жизни. И вернусь одухотворённым пингвином. Хейсан-хопсан.