Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна) (goldi_proudfeet) wrote,
Goldberry Proudfeet (мисс энни, анна андреевна)
goldi_proudfeet

В майские праздники... "жизнь говорит: я дам тебе всё..." - вот так и получается. Город пуст и тих, все куда-то уехали, и слава Богу... и только сердце и собственные шаги стучат по пустым, залитым солнцем, улицам; правда, один день "мело, мело по всей земле", но... ночь принесла шумный ливень; а грозах в мае у нас отродясь не слыхивали (нет, они, конечно, бывают, но... крайне редко). Ливень принёс холод и... за выходные приходится расплачиваться больным горлом, как будто забитым изнутри душным вины ли, ваты...

И все эти трепещущие флажки, трепещущие на ветру рукава и концы летних уже платьев (и даже у нас, наконец, все разоблачились, но... вчера многие об этом пожалели, думаю, ведь не одна я такая доверчивая особа!). В эти дни хочется фотографировать крошечные - не больше пол-мизинца - листочки, проклюнувшиеся зелёными клювами, зелёными, туго запелёнутыми куколками, трогательными свистульками...

К нам приезжала xina_markovna c подругой; и мы даже встретились с Филибером, и фланировали взад-вперёд по Карла Макса, где ветер поднимал сепийную пыль, которая хоть и въедается в кожу, отравляя мою жизнь, - Филибера отнюдь не смущает. Не устаю поражаться тому, "что одному хорошо, другому - смерть".

Кафе "Снежинка" за годы, что я там не была, стало меньше, мельче, душнее, стало больше напоминать обитую шёлком ли, гобеленом шкатулочку, альков ли, опущенный чуть ниже уровня тротуара, в чёрном-чёрном доме, устрашающе классического стиля, и в стены его въелась вся сажа века прошедшего, и кажется, что дома на Карла Маркса сроднились и сцепились стенами так, что не различить, какие дома выросли в советские времена, какие - до революции (не устаю благословлять местного архитектора, который сохранил эту часть города и для нас).
Помню, что из окон бывшего гранд-отеля, из окна райкомовской библиотеки, мама видела лишь чёрный и длинный коридор дома чёрного, а в том коридоре, медленно-медленно, осторожно, как в мутной толще воды, двигалась сухонькая старушка, которая несла кастрюльку.

В этом чёрном-чёрном доме лечились наши зубы, проявлялись наши фотографии, а мы с идиотскими улыбками рассказывали Х.М. и Ю.А. о том, почему это "любимое кафе моего папы"... Девушки усмотрели в этом гендерную несправедливость, он потом рассудили: уж если даже папа, который не ходок по кафетериям, соизволил раз, в шестьдесят первом, заглянуть сюда... слоган себя оправдывает.

Мы с удовольствием рассказывали о том, почему "банька" называется "банькой", почему там Вампилов, почему по "арбату" не прогуливаются, а покупают (скорость пешехода ускоряется, лицо заостряется), почему праздно прогуливаются по Карла Маркса (ещё на это претендует набережная, но ни я, ни Филибер не любители людных прогулочных мест); показывали место, где Фидель Кастро отравился "скользкими русскими пирожками", где держали в подвале Тимирёву, где делали английские резиновые калоши, где был публичный дом, где давали артишоков и устриц (в "Метрополе"), а где - суп-пюре де-финансер (в "Централь деко"); показывали, где на сцене выступал Сергей Киров, где был застеклённый пассаж, где ныне застеклённый пассаж, где революционная кладбищенская площадка с могилой, например, Нестора Каландаришвили, за голову которого колчаковцами обещаны были сорок тысяч рублей; со сгруженными старыми надгробиями, с чёрно-золотыми памятниками и саркофагом.

И самый старый дом тоже показывали... для тех, кому... милости прошу под кат:










Tags: "незачем иметь этот город без...", пташки залётные
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment