А ещё в этом дворе я видела двух девиц лет шести-семи. Одна катила пластмассового козлика на верёвочке (я знаю такого козлика!). Другая - везла коляску, в которой сидел китайский жёлтый утёнок, который делал "кря-кря", хлопая крыльями, где-то в моём прошлом...
-Филибер, у тебя был такой козлик? у меня - не было... Но у меня был ёжик. Розовый ёжик, у которого сбоку формочки для песка - яблоко...
-гриб, листик...
-И ещё что-то... значит, был? Розовый? или оранжевый?
-Оранжевый. У Малышки Мирабель. Кстати, знакомая из Ангарска нам его подарила...

Девицы, между тем, прошли мимо, а я заметила, что идут они мимо подъездов, возле которых стоят на тонких ножках... смешные почтовые ящики, с торчащими из них газетами. Эти вечные газеты изумляют меня ежегодно - как и ангарское бельё, висящее во дворах в выходные дни; а меня неизменно изумляет европейский обычай - выставлять мешки с мусором возле дверей магазинов...

-Как заграницу съездил! - воскликнул Филибер. - Даже запах другой.
-Ты просто ещё не был в типичном социалистическом городе, - хмыкнула я. - "В городе, рождённом Победой". А ещё мне всегда хочется сфотографировать для Анны Ракитянской стелу на въезде в город... и послать ей в Дубну - открыткой. Стеллу с химическими формулами, которые я воспринимать могу только в качестве очень мощных заклинаний, не смысля в этом ни зги...