Category: птицы

Category was added automatically. Read all entries about "птицы".

out of the sun

(no subject)

давно завораживает именинное стихотворение одного товарища из 2-го класса, И я его мысленно проборматываю, думая о тех, кто меня окружает:

Люди разные,
Посмотри —
У кого-то птица поёт внутри,
У кого-то серая спит сова,
У кого-то ворон склевал слова.
Здесь —
Весною кричат грачи,
Там —
О чём-то павлин молчит.
У кого-то ласточка или стриж,
У кого-то — весёлый чиж.
Этот чиж
Все дни напролёт
Скачет, прыгает и поёт,
Ветры слушает, что кружат,
Учит песням своих чижат.
А бывает
Внутри живёт
Полосатый, когтистый кот.
Или нет никого внутри…
Люди разные,
Посмотри.

Дарья Герасимова
april

Какаду Кактус (сегодня)

Кактус живёт на улице Горького - в стомцентре 777. Его подарили врачу Ольге Юрьевне, но поскольку она всю жизнь (мы знаем её дольше пятнадцати лет) проводит на работе, то Кактус тоже живёт на работе. Кактуса мы знаем лет десять... мама к нему не прикасается, а я или папа сразу начинаем его чесать - он любит подставлять шейку и лоб. И тут же ластится... очень славный и умный (вредный и крикливый, впрочем, тоже бывает, конечно...):

say in jest

(no subject)

Кот Сеня поймал стрижа, прыгая на форточке. Хорошо, что мама была дома и успела пойти на перехват прежде, чем Сеня скрылся под кроватью с целью закусить свежепойманной дичью. Мама вытащила его за хвост и отобрала птицу. Сеню заперла, а птицу (подождала, пока та отойдёт и начнёт шевелиться) запустила с балкона. Птица сперва была как мёртвая, но потом оказалось, что у неё просто шок. Сеня теперь обиженно думает, что мама птицу сама съела. И даже пёрышком не поделилась... а я пришла и фыркнула: - "Я-а-а самый ло-о-овкий птицелов, я молод, весел и здоров!"
out of the sun

(no subject)

Там были золотисто-оранжевые, оранжево-зелёные, нежно-коралловые, голубо-зелёные... боже, какие там красивые птички-свистульки были сегодня!.. Меня разумиляло, что Настенька и дети посвистели деловито во все. Потом девушка-продавец тоже деловито свиснула и завернула мне птичку в бумагу. Такие они тёплые как... Италия. Эти птички больше всего похожи на Италию из всех вещей (к вещам и словам я после 13-го года довольно равнодушна, ибо только дела, только вперёд, только ни шагу назад, только лёгкость, приключения и никакой меланхолии!..).
И духи этого лета - "Honeysackle" (жимолость) от Элизабет Арден. Все опять разделились - мир разделился! - на "боже, как вкусно" и на тех, кто: "фу, компотик и вообще никак!".

А эти птички - сама жизнь, сама радость... "юность, радость, проклюнувшаяся из яйца!" (Джеймс Барри)

say in jest

(no subject)

...И я уйду. А птица будет петь,
как пела,
и будет сад, и дерево в саду,
и мой колодец белый.

На склоне дня, прозрачен и спокоен,
замрет закат, и вспомнят про меня
колокола окрестных колоколен.

С годами будет улица иной;
кого любил я, тех уже не станет,
и в сад мой за беленою стеной,
тоскуя, только тень моя заглянет...

И я уйду; один - без никого,
без вечеров, без утренней капели
и белого колодца моего...

А птицы будут петь и петь, как пели.

Х.Х.

Надо ли говорить, что я почти рыдала, когда досматривала "Физрука"? - начиная от номера учителя года "ты знаешь, всё ещё будет?", нет... раньше. Когда Татьяна Александровна так глядя в глаза и говорит эту чудесную фразочку, которая, думаю, многих в жизни срубала "прости. я тебя не люблю", и капец, когда это не раз и не два, конечно. А тут я просто тоже на дно ушла (за компанию с героем Нагиева)... а потом понеслись герои и кони русской литературы - всё отдать Саше, Тане... и оставить их в покое. Хочешь бомжевать и ездить? - пожалуйста... хочешь замуж? - пожалуйста. Хочешь быть директором школы? - вот тебе печать, ключ от сейфа и т.д. Друг, негде жить? - забирай квартиру, живите счастливо, рожайте детей...
А самому уехать в закат. И траву в поле косить. Ну, не мечта ли? - вот, до чего мне расти и расти. Короче, респект и уважуха.
say in jest

(no subject)

Утро не может быть добрым априори (для меня-совы), а уж если тебе присылает смс Дмитрий Иваныч... "привет. подходи к девяти тридцати".
-Постараюсь, - сухо ответила я, открывая один глаз.

Нет, эмоции тоже можно купить за деньги. И весь спектр тех полузабытых ощущений, когда утром тебя будят смс - не то, чтобы это приятно, если честно-то. Но во времена любовей и дружб смс-ки шлют, - я помню.

Короче, Аня-козерог занимается "собой" и ворчит в два раза чаще, чем, когда просто работает с утра до вечера и каждый день. Вчера отвела урок, съездила в больницу, простояла в очереди полчаса, попала на свой магнит, потом поехала домой обедать, потом приехала обратно в поликлинику на массаж, после поехала домой, попила чаю, пожаловалась спящему коту на жизнь, поехала в автошколу, где все силы сконцентрировала на том, чтобы не упасть головой в тетрадь, ибо был тот препод, который просто читает лекцию, а не шутит. Мне же физически необходимо вступать в перепалки, перешутки, вообще говорить в процессе обучения - это так бодрит. Если шутить - я высшую математику пойму. Если не шутить - от меня родной язык, обычно, ускользает.

В поликлинике видела кардиолога. Вспоминала юность и детство. Нет, сердце лучше. Однозначно. Весна, птички поют... время вешать на грудь холтер. И ходить веселить детей. Теперь же - таскаюсь как старая бабушка или доктор Хаус (зря я так много смотрела его в юности - теперь я вообще оказалась на его месте), и каждый шаг причиняет тупую боль, от которой хочется даже... нет, не всех перестрелять, а только где-нибудь свернуться клубочком и спать/умереть (без разницы).

В четвёртой четверти уроки по воскресеньям проходят так: сидишь в учительской, вяло орудуя книжкой или иголкой, слышишь, как по коридору Маша-Вика повели третью партию объединённых групп в музыкальный зал, и на третью фразу в течение дня:
-"Проходим, сандалики снимаем", - слабо... нет, не ликуешь, но понимаешь: - Господи... конец близок. Остались последние группы.

Зато учительская привычка абстрагироваться делает мир тихим, наполненным шелестом прошлогодних семян клёна, пением птиц, фиолетовым скрежетом новых веток в безлистной дымке, и все звуки долетают не сразу, а как после смерти в те знаменитые десять, что ли, секунд, когда тело уже мертво, а мозг ещё работает в силу привычки.
april

(no subject)

Открываю утром глаз, смотрю в телефон. Там -37 как приклеилось. Подумала, что это утренний прогноз прилип - потрясла его... нет. Так оно до часу дня и простояло.
Приехала на работу в состоянии замороженная брюква. А четвёртого класса нету. Одна радость - позвали в первый. Там провела бодренький урок, а днём даже была возможность подремать.
Зато вечером началась вторая серия смертной тоски - новый семестр... и домашки сразу задали столько, что хоть садись писать стихи о смерти, как в десятом классе.
Но обменивалась бумажными записками с одной девочкой. Это немного скрасило вечерок.
Наська привезла меня домой, и я оценила нового динозавра её сына. С таким плавником леденцовым сверху - даже взыскательной мне понравился... в целом я равнодушна к динозаврам (согласна - возраст не тот).

Весть о лит.вечере бодрит скучающих в морозы романтиков. Веду бурную переписку. В девицами про поэзы, а Гарри-Рождер Непоседа дважды уточнил, где, когда и во сколько, а я мысленно посмеялась, вспомнив, что лет пять назад он за мной бегал по школе и канючил: - Во-о-от... опять нарядились на свой вечер, нас не берёте... вам-то интересно!
И все малыши ныли, надували губы и деловито щупали "настоящее вечернее платье". В этом году возьму и оденусь скромно! - все попадают от удивления.

Как я пережила второй семестр год назад в Бэбилэнде? - чудом. Думаю, что именно поэтому я сперва вязалась смс-ками ко всяким равнодушным петям, потом заболела, потом ещё заболела, болезнь перешла в затяжной бронхит, я окончательно решила умереть, потом кое-как поправилсь, стала ходить стрелять в тир и копить деньги на парашют.

В этой жизни я куда бодрее и веселее - детская привычка жить от праздника до праздника - это сила.

Кормила сегодня птиц, но их было очень мало. Все попрятались. Зато голуби и воробьи в кои-то веки ели вместе, как в раю - т.е. и голуби не гнобили воробьёв-синиц, и последним уже было плевать на тычки голубей.
say in jest

Лето-лето... залетел стриж

И шебуршался между рам, пока я поедала маковые кексы с шоколадной начинкой. Шебуршался с таким шумом, что я решила, что кто-то между рам хочет покончить жизнь самоубийством и побоялась отдёрнуть занавеску резко - думаю: вдруг уже кровь и мозг?..
Вышла на веранду и высунулась сбоку. Так и есть - сидит, дорогуша из-под крыши. И грядёт всем корпусом о камни между рам как завзятый суицидник из трагедий Средневековья.

В общем, пришлось разбаррикадировать подоконник, сняв ВСЕ кактусы (не забудьте любопытных котегов, которые шныряют под руками), оперативно внутренние рамы, схватила птицу и швырнула в форточку, не разбираясь особо и не рассматривая - на свой страх и риск (может, уже успел повредить себе что-то?), но решила: либо я помогу ему довершить расправу над собой, либо он всё-таки жив-здоров и полетит. Птица побултыхалась в воздухе, но смогла взлететь (вы помните, что сама она не взлетит - тем более вертикально - из узкого пространства меж рам (открыть вторые из-за неё же не было времени и возможности). Вот и все наши нехитрые летние развлечения... любой другой бы сфотографировал в такой близи, но я точно знаю, что пока бегаю за фотоаппаратом, Беня её сожрёт - раз; если она погибнет - отчёт будет немного траурным - два, и я чуточку побаиваюсь нервных птиц - три. Короче, спровадили ежегодного гостя - и ладно (у них гнездо над нашими окнами; и вопреки распространённому мнению они... очень тихие соседи; видимо, кричат только в полёте). Перья у него сухие и пыльные - как у какаду Кактуса.
april

(no subject)

"...И тут я ударила Димку по лицу! Дедушка!.. Я ударила Димку по лицу вот этой рукой! — Ленка протянула руку Николаю Николаевичу. — А лицо, когда по нему бьешь, мягкое и теплое… Я до сих пор помню его на своей ладони. Как будто держишь в руке бьющуюся птицу.

В горестном и немом удивлении смотрела Ленка на свою руку, и тело ее вздрагивало от каких-то невидимых ударов, причинявших ей глубоко внутри острую, живую боль.

Николаю Николаевичу стало нестерпимо стыдно. Ведь он тоже ударил. И кого — Ленку! Ведь всякому было понятно, что картину она не продаст. Тоже сорвался!

— Ты меня, Елена, прости… — Николай Николаевич дотронулся до щеки. — Никогда никого не бил. Твоего отца вырастил — пальцем не тронул. — Он показал на стены, увешанные картинами. — И все из-за этого, — виновато улыбнулся. — А ты будь милосердна к падшему.

— А я тебя уже давно простила, — сказала Ленка.

И Николай Николаевич сокрушенно подумал, что даже на старости лет вполне разумный человек, вроде него, совершает непоправимые ошибки.

«Сжечь ее на костре!» — закричал Рыжий.

«Хватайте ее! — приказала Железная Кнопка. — И тащите в сад! — Она размахивала моим платьем. — Ждите нас там. Мы скоро!»

Мальчишки набросились на меня.

«За ноги ее! — орал Валька. — За ноги!..»

Они повалили меня и схватили за ноги и за руки. Я лягалась и дрыгалась изо всех сил, но они меня скрутили и вытащили в сад".

В. Железников