Category: еда

Category was added automatically. Read all entries about "еда".

American dream

(no subject)

Три класса подряд себя прилично вели. Не знаю, куда бежать, кому звонить? Даже шестой класс кудряшка Мэри (в честь своей днюшки) заткнула рафаэллками, и никто не выпендривался. Только новенькая Надя читает, глядя то на стены, то на потолок.
-Надя, не бери с меня пример, - сказал Ланселотов. - Я читать не умею, а просто за мисс Энни все слова повторяю. Как первоклашки.
Одна девочка съела конфету, а потом чем-то ещё шуршала под партой, что-то ещё жевала вместо работы на уроке, но у меня не было сил как-то особо с ней ругаться, раз уж кругом такая благодать...
Нет, одно событие всё ж было. На уроке во втором классе сидела девушка-стажёр, но я сперва решила, что чья-то мама хочет посмотреть, как ее чадо работает (вай нот?). Именно сегодня мы играли в магазин и прозвучал классический вопрос от мелких:
-Повторите, сколько пенисов стоит тыква?!
Мне мягко удалось притвориться глухой, а потом твёрдо подчёркивать слово "пенни" каждые пять минут. Но класс немного... переволновался, что такое слово можно смело произносить в каждом магазине, судя по всему. Поэтому слово это многие бормотали, зажав деньги и желая купить какой-нибудь овощ на ярмарке возле доски.
Не знаю, как там учитель должен держаться подальше от заразы... Дети игрушечные овощи все слюнявят, а потом крошка Нэнси, завидев моё недовольство, достала из кармана мармеладку и предложила укусить, чтобы я как-то взбодрились и повеселела.
В пятом - для примера - сказала случайно: - И подпишете "иллюстрэйтед бай Аня Злобина".
-Боже, кто это такая ещё? Ну и фамилия...
-Это моя фамилия, Джордж, - с достоинством ответила, а дальше долго было так тихо, что слышно было, как на улице шёл дождь. На уроке сидели гости, комменты никто не стал отпускать, но пятый класс я поразила. Пора. Пора им столкнуться с реальностью в двенадцать лет.
Пятый класс выросли так давно, что я уже смирилась. Но вот девушка какая-нибудь подойдёт, голову мне на плечо положит... тем жестом, которым я свою маму обнимаю, чмокнет в макушку и скажешь:
-Ах, мисс Энни!
И чувствуешь себя маленькой, старенькой и счастливой... это приятное чувство. Моя мама себя так по жизни теоретически должна ощущать - в ней метр писят. Мне обычно не светит, но каждое новое поколение лучше и выше предыдущего, поэтому:

angel

(no subject)

Когда в Сибирь приходит холодная, краткая и хрупкая осень... вспоминаю Швейцарию. Там осень была бесконечной, потому что учебный год начался в августе, а ровные плюс 15-20 градусов тепла и днём и ночью делают... всё каким-то не слишком реальным. И дождь. Каждый день - дождь. Но какие-то красно-жёлтые вкрапления, помню, в октябре появились. И даже одно золотое деревце над рекой в Трупшаххене я сфотографировала. Но тепла нет... нет тепла. Ибо от земли и гор веет таким холодом, какого здесь не бывает.

Часто думаю: - Хорошо, что деревенские жители меня считали немкой. Там любой иностранец - немец. Ну, это было до мигрантов, поэтому... сейчас они уже даже арабов знают в той деревне. И пока я не начинала говорить вслух на родном языке - просто типичная немка. И красивая. Это я в Иркутске на Ельцина на последнем сроке порой похожа, а в тех краях почему-то божественно прекрасные дети (о эти мальчики с белокурыми локонами до лопаток!), но потом они становятся сразу старыми и... короче, приедь туда парочка моих одногруппниц - они бы просто сразу стали моделями с контрактами.

А хорошо - потому, что я никудышная работница. Одним сентябрьским утром Бригитта закинула нас с Кристой на свечной завод при школе для людей с ментальными проблемами. Мы там были как-то на летнем празднике, где было много вкусного кофе и громкого джаза, который переворачивал во мне кофе и булочки. И Бригитта договорилась, что как-нибудь подкинет двух девиц (большую и маленькую) на денёк поработать на благо школы. Это были выходные - все ученики (пациенты?) разъехались, и мы начали работать этак с восьми утра, серенький рассвет, дождь, из ущелья поднимаются туман и холод, - больше я ничего не помню... помню, что мы отливали и отливали свечи до обеда. Директор школы, какая-то женщина, которая приехала на велосипеде из деревни, Криста и я, значит, пошли обедать в дом директора. Сели за традиционный стол из отполированных серых досок, я уставилась в окно, где ни ветерка, ни дуновения, но в сероватой дымке - заснеженные пики гор и пара деревьев... помолились и начали есть суп. Кипяток со сметаной и маринованными огурчиками.
-Какой милый рассольник! - улыбнулась я.
-Фу, я это есть не буду, - сказал Криста.
Все, как обычно, замолчали, когда мы перешли на "тарабарский", но потом директор кивнул в сторону буфета: - Достань себе хлеб и шоколадную пасту.

В общем, я старалась есть местный рассольник медленно, ибо впереди были сотни и сотни свечей, которые надо было отлить, а ещё все делали свечи в виде крыльев ангела, раскатывая горячий воск скалкой. Если он застывал - грели феном и опять раскатывали. У меня не хватало сил, и женщина, которая работала рядом, пыталась это делать моими руками.
Как доехали в свою деревню - не помню. Помню, что дома я просто поужинала и упала спать, а Криста ещё на велике пошла покататься. В очередной раз я убедилась, что мне не тягаться с суровыми европейцами, которые живут без отопления, скудно и правильно едят, мало спят, мало говорят, но много работают, что мои белые руки в принципе некуда приложить в холодной суровой Швейцарии. В общем, как я уже в ЖЖ писала сто раз, - директор школы Св. Мартин привёз мне такую свечу в подарок. Просто однажды вечером постучал в дверь, я открыла, он подарил и... растаял во тьме.
-Святой Мартин заходил, - объявила я. - Ангела мне принёс.
-Теперь главное довезти в чемодане до дома, - не удивились домашние. Ибо... Святой Мартин, что тут скажешь?



Под "читать дальше" будут фотомоменты первой рабочей недели сентября в Иркутке:

Collapse )
drink-drank-drank

(no subject)

Сегодня тот день, когда можно ничего не делать, а ходить по книжным магазинам, ждать дождь, а дома есть суп с тушёнкой. Тот, ленивый, из детства. Когда бабушке было некогда, то она просила деда меня кормить. Это был единственный суп, который он умел варить, и я его очень ждала. Бабушка прекрасно готовила: жарила пухлые мячики оладий с изюмом, жарила пирожки с пюрешкой и пирожки с вареньем, пекла кружевные кисловатые блины, похожие на божественный крем на вкус... но все эти сложносочинённые щи-борщи у меня энтузиазма не вызывали. А суп с картошкой и тушёнкой - о да-а-а! И до сих пор люблю чистить картошку, открывать банку, доставать ложкой белый жир, а потом на нём обжаривать лук и морковочку, а затем уже в казан, доставшийся от прабабушки Ани (она из другой картины семьи), бросать и остальное. Короче, редкий пост не о детях и о природе.
А на фото - мамины хлеба, которые она печёт в большом количестве - от калачей и багетов до всяких милых ржаных пухляшей с семечками:

april

(no subject)

Двенадцать лет назад я уже писала здесь посты про роман гончарова "Обрыв" (https://goldi-proudfeet.livejournal.com/329151.html), а сейчас перечитываю и... вижу всё иначе. Девушки мне уже в дочери годятся - ими я меньше интересуюсь, много хохотала над Райским: седина в бороду, а дурь... дурь у него вечная:
-сначала пробовал поэтом
потом певцом и вот теперь
я скульптор чувствую я скульптор
ну в крайнем случае танцор

© Дарья.

И его слабость, и попытки то писать роман (написал предисловие), то портрет... в итоге поехал в Италию ("чё, папу римского давно не видел?" - саркастически спросила бабушка) - лепить. Да. У него, мол, подходящая рука для этого. И какой-то там необходимый захват. Вот, уж кому завидую... лёгкости характера Райского завидую. И доброте.

Марфеньку читала с любовью - хороший, простой, чистый человек, всё у неё хорошо. Всё это справедливо... Вера - это, конечно, же любая девушка типа умная, а дура. Марка - пропустила. У любой девушки с воображением и с мозгами есть свой овраг, где сидит свой волосатый отнюд не Карл Маркс, а такой вот мрак. Мне больше нравится Викеньтев, который дарит Марфеньке бриллианты, а не деньги клянчит.

Верой мне учительница моя в детстве (пятнадцать лет - детство, чё...) польстила, конечно. Т.к. она всё равно получше, чем я (просто помоложе - поэтому). А вот её аскезу и равнодушие к судьбам крестьян, детей, щенков-котят-цветов, книгам, хобби и прочем я, наоборот, понимаю теперь. И по-прежнему нравится сцена на рассвете, где они с Райским пьют кофе в старом доме и кладут кусочки хлебного мякиша в ложечку...

Татьяна Марковна - самый любимый персонаж. Так мне по душе все её реплики:
(завесила зеркало): "Мешает писать, когда видишь свою рожу напротив, — говорила она.

Или то, как она кардинально решила проблему Веры, когда узнала, что бывший любовник ожидает её в беседке за ответом завтра. Она её просто приказала снести, сровнять с землей, а сверху посадить молодых ёлок и сосёнок.

И почти плачу над бедным, милым, милым Козловым, который ждёт сбежавшую жену и больно мне от чужого счастья Марфеньки:
- "Счастье их слишком молодо и эгоистически захватывало все вокруг. Они никого и ничего почти не замечали, кроме себя. А вокруг были грустные или задумчивые лица. С полудня наконец и молодая чета оглянулась на других и отрезвилась от эгоизма. Марфенька хмурилась и все льнула к брату. За завтраком никто ничего не ел, кроме Козлова, который задумчиво и грустно один съел машинально блюдо майонеза, вздыхая, глядя куда-то в неопределенное пространство".

И.А. Гончаров, Обрыв




last spring

(no subject)

"Часов в семь раздается легкий скрип – от столов отодвигают стулья, а если постоять под окном столовой, услышишь, как там бренчат на разбитом фортепьяно с пожелтевшими от старости клавишами. Чиркают спички, булькает вода – во всех кухнях моют посуду, со звоном ставят тарелки сушить на полку. А потом понемногу на сумеречных улицах под огромными дубами и вязами оживает дом за домом, на тенистые веранды выходят люди, точно фигурки на часах с барометром, предсказывающие погоду.
Вот появляется дядя Берт, а то и дедушка, потом отец и еще кто – нибудь из родных; женщины еще переговариваются в остывающей кухне, мужчины первыми выходят в сладостную тишь вечера, попыхивая сигаретами, и наводят порядок в своем собственном мире. На веранде зазвучат мужские голоса; мужчины расположатся поудобнее, задрав ноги повыше, а мальчишки, точно воробьи, усядутся рядком на стертых ступеньках или на деревянных перилах, и оттуда за вечер уж непременно что – нибудь свалится – либо мальчишка, либо горшок с геранью.
И наконец за дверью на веранде вдруг возникнут, точно привидения, бабушка, прабабушка и мама, и тогда мужчины зашевелятся, встанут и придвинут им стулья и качалки. Женщины принесут с собой всевозможные веера, сложенные газеты, бамбуковые метелочки или надушенные носовые платки и за разговором будут ими обмахиваться.
Они болтают без умолку целый вечер, а о чем – назавтра никто уже и не вспомнит. Да никому и не важно, о чем говорят взрослые; важно только, что звук их голосов то нарастает, то замирает над тонкими папоротниками, окаймляющими веранду с трех сторон; важно, что город понемногу наполняется тьмой, как будто черная вода льется на дома с неба, и в этой тьме алыми точками мерцают огоньки, и журчат, журчат голоса. Женщины сплетничают и отмахиваются от первых москитов, и те начинают в воздухе свою неистовую пляску. Мужские голоса проникают в старое дерево домов; если закрыть глаза и прижаться головой к доскам пола, слышно, как рокочут голоса мужчин, точно отдаленное землетрясение, оно не прекращается ни на миг, только слышится то чуть тише, то погромче.
Дуглас растянулся на сухих досках веранды, счастливый и умиротворенный, – голоса эти никогда не умолкнут, они будут вечно обволакивать говорливым потоком его тело, его сомкнутые веки, вливаться в сонные уши. Качалки потрескивают, как сверчки, сверчки стрекочут, как качалки, а поросшая мхом бочка для дождевой воды под окном столовой рождает все новые поколения москитов и дает тему для разговора еще на множество лет.

"Вино из одуванчиков"
say in jest

(no subject)

Зефирный дом в Генуе. Тем временем в Иркутске Сильвия Сандерс оздоровела настолько, что разгуливает по дому в голубом платье со сверкающим серебристым шлейфом. Я тоже не ударила в грязь лицом и представла перед ней в нежно-розовом сарафане древнегреческого кроя и в розовой пашмине. И захватила голубые балетки от "Шанель". Короче, утёрли нос друг другу. Да, ещё я перешла в более бюджетную нишу духов и... поддерживаю отечественного производителя - "Новую зарю" (la belle Russie") от "Новой Зари" и "Брокаръ", пахнущий кустом чёрной смородины и предгрозовой мятой... Видимо, эти духи и это лето будут ассоциироваться с Сильвией Сандерс, улицей Карла Либкнехта (много лет я ходила по ей еврейско-мусульманской части, а нынче хожу по атеистически советской; но и там научилась находить и видеть немного красоты) и... воспоминаниями об Италии. Да, Иркутск радостно обошёл Италию по ношению короны, если что...

Под этим зефирным домом на тротуаре есть забегаловка. Будете в Генуе - не ходите туда. Там сперва принесли мою пасту, щедро намазанную зеленоватой кашей песто, который пах асафетидой (дезинфекция, да!), а потом принесли рыбу. Пасту я любезно отдала отцу, а рыбу... рыба на подушке из рукколы и со шматком белой холодной моцареллы... оказалась с таким душком, что омулю и не снилось. Но всюду была жара, сиеста... в такой час всё закрыто, - и стакана воды не допросишься (только апероля!), поэтому... пришлось съесть.
На обратом пути в Иркутск (зачёркнуто) Милан я ёжилась и подозревала у себя а) солнечный удар, б) отравление несвежей рыбой. в) конечо, обошлось! Ибо это Италия, детка. А там всё просто и легко!
Как бы мне хотелось, чтобы и у русской красавицы (это я про себя) всё было просто и легко, как этот зефирный домик:
say in jest

(no subject)

Мама в самоизоляции стала вовсю конкурировать с папой - печёт хлеб. Мне нравится римский хлеб, похожий на какие-то булки времён короля Артура и Мерлина, а ещё - московские калачи. Они - божественно вкусные, но... трудоёмкие. Там шесть часов надо их переворачивать, подтягивать, заворачивать...
Да-да, те самые, которые стрит-фуд того времени. "Ротик" у калача разрезали и клали начинку. Держали его за ручку, а потом выбрасывали - грязная. Подбирали и ели такое - нищие и собаки. Отсюда выражение - "дойти до ручки":

april

О хоббитах

Утренний Базаров по телефону меня усыпил так, что я взяла и заказала "хоббитский завтрак" - новозеландские пироги. Очень по ним скучаю - вернее... скучаю по моим одиноким посиделкам в кафе за глобусом. Как-то я привыкла питаться одними пирогами (если прыгаешь с детьми, то есть хочется почти всегда) - в Солнечном, на 5-ой Армии, в Модном квартале...
У Базарова сегодня не было камеры (парень врёт, т.к. пару раз мелькнуло его пузо внезапно), поэтому у нас унылый (три у!) английский по телефону. Час читать вслух книгу по телефону - это убаюкивающее занятие.
Так, что у Сильвии Сандерс есть ощутимая фора - я вчера полчаса гладила вещи и красилась. Ибо эта девушка меня всегда встречает то в ягодах, кокетливо свисающих с ободка, то в паре-тройке брошек на блузке, то в юбочке ту-ту на подтяжках, то в каких-то ошеломительных платьях в километрах кружев... девушке скоро стукнет четыре года, и она собаку съела в теме "мода". С английским после перерыва обстоит похуже - "Оу, йе-е-ес", - кокетливо и осторожно соглашается она, поднимая брови, но дальше диалог не продвигается.
У ребят теперь есть салат с тыквой. О чём мне ещё мечтать в этой жизни, скажите на милость? - это единственное кафе, где поддерживают твою тягу к тыкве (три т!).
-Я никогда не получал письма из Хогвартса, поэтому я покидаю Шир, чтобы стать джедаем:


Collapse )
American dream

(no subject)

Сильвия Сандерс уронила на ногу гантелю - все пальцы сломаны. Громыхает по дому валенком из гипса. Даже не попыталась меня побить, когда я засобиралась уходить.
В честь такого события - купила черешни и мороженое Мёвинпик (кленовый сироп плюс грецкий орех!), которое проделало долгий путь сюда - через Беларусь.

Сильвия и её мама заманивали меня вкусностями, но я рвалась на волю, как персонаж Пьера Ришара из фильма "Игрушка". Дело в том, что бумерангом-то мне всё вернулось - в детстве я часто обрывала бабочкам крылья и смотрела, как они корчатся в предсмертных муках. Когда я выросла, то сама стала такой бабочкой. Некоторым детям так хочется иметь взрослую куклу, которую нужно вкусно кормить, гладить, любить, но не забыть приковать к батарее по-фаулзовски.

У них дома тоже отключили горячую воду до 11-го числа. Зато на газоне перед домом садоводы-любители вырастили тюльпаны... это одна улица со мной фактически, но у нас в городе я их почему-то так редко вижу на клумбах!..
say in jest

(no subject)

Агатка: - Эта Кларисса так на Жанну Аркадиевну похожа!
Согласилась, но не стала говорить, что это, поди, Жанну Аркадиевну из "Моей Прекрасной Няни" списали с Клариссы.

Зато вдруг вспомнила, что в моём детстве не жарили зефир на костре, и я думала, что это какое-то сало.
Агата и Гордей залились хохотом, но я веско сказала: - Во времена моего детства не знали даже, как правильно готовить чоко-пай!
-А... как его готовить?
-Погреть в микроволновке!
Агата и Гордей мгновенно насторожились и задумались: впервые училка даёт реально дельные советы и несёт знания в массы!