Category: производство

Category was added automatically. Read all entries about "производство".

it's raining...

Новый свет

Поскольку Крым нынче дождлив и оттого ещё более дик (куда уж?), горло два дня болит, потоки грязи несутся по улицам и... короче, я решила присоединиться к папе и поехать в Новый свет на историческую экскурсию на винзавод. Заранее представляла, что там возле бочек, в холодном тоннеле, поставят и велят пить из пластикового стаканчика, но мои страхи не оправдались: там красивый дегустационный зал, за который начальник завода получил а-та-та: там люстры как в музыкальном театре и круглый стол под яшму. И панно. И портрет Льва Голицына (у старого князя, кстати, сегодня день рождения). И наливают в нормальный бокал. Девушка рядом с нами сразу попросила большой бокал, куда сливала недопитое, - папа всё ужасался, а я хмыкнула, что тоже бы сливала, но у меня была возможность пробовать и отдавать папе. Не под стол же выплёскивать... Мне понравился коллекционный экстра брют и то, что не имеет права называться шампанским - игристое вино из сортов чёрного винограда: брют полусладкое, красное. С ягодными нотами (там всегда рассказывают ноты, а я при своём небогатом воображении ничего не могу разобрать).
Меня поразило, что на заводе нет мерзости запустения и грязи, а есть асфальт, мрамор, плиточка, пальмочки, памятники, фонтаны, скульптуры, лозунги: "весь свет обойдёшь - лучше завода не найдёшь!", доски почёта, аквариум с рыбками, театральный совершенно туалет (нет, у нас в драм-е хуже, честно!). Но как представлю тех шестерых женщин, которые делают ремюаж в пюпитрах (бутылки вставлены в специальные пюпитры)- поворачивают бутылки. В день можно повернуть примерно 80 тысяч бутылок
Те другие шесть женщин, которые выбивают ледяную пробку с осадком (дегоржаж!) и держат холодные бутылки, обрабатывают в день лишь 24 тысячи. И чего я на работу жалуюсь? Я просто слишком по-царски живу....
Да, у меня не такая шикарная память, - я пишу и одним глазом смотрю в буклет, где я отмечала понравившиеся сорта вин. Он называется "энотерапия" - лечение человека виноградными винами в переводе с древнегреческого. Поскольку я была злая, больная и замёрзшая, то решила, что терять мне нечего, авось, полегчает как умирающему Чехову. И правда.
Короче, признала своё невежество в этом вопросе. И прониклась биографией князя Голицына, который прожил яркую интересную судьбу с драматическим финалом: у него был очень красивый склеп: ангел (это его супруга) кладёт руку на голову льву (он сам), а в революцию останки его выкинули в овраг.
Правда, когда он строил свою тропу, то множество рабочих погибли, работая на верёвках на отвесной скале (верёвки часто перетирались и обрывались), но... смотришь и понимаешь, что все погибли не зря - это почти как с Петербургом, у которого такая же мрачная судьба.

P.S. Не думайте, что это было что-то из мира богатых: это стоит как самая недорогая экскурсия на фабрику мороженого (если с ледяной комнатой, то мороженное дороже выйдет). Тысяча рублей за кучу знаний, прогулки по тоннелям и шесть сортов шампанского.



Collapse )
calm

И опять второй Иркутск (давно не виделись... приехали... полетели)

Люди рождются и умирают, пандемии приходят и проходят (Европа, давай, приходи в себя! - я смотрю чемпионат и киваю, когда Аня Щербакова растерянно и чуть иронично говорит: "стою тут в маске... с микрофоном разговариваю..."), карты и государства менят свои очертания, морщины прорезают мой лоб вдоль и поперёк, а часовщик с ювелиром в магазине "Олень" так и сидят. И я несу свои часы, чтобы вставить батарейку за сто писят рублей, как и десять лет назад... и пятнадцать. И двадцать.С ювелиром у меня не сложилось в жизни - всё, что я ему приносила, ремонту не подлежит. "Бижутерию я не беру" - важно говорит он, а я удивлённо поднимаю бровь и молчу, ибо ломается-то как раз именно она... Пока ювелир смотрит телевизор и ест бутербродики, часовщик смотрит сквозь лупу на мои какие-то часы в жизни, а до этого я традиционно гуляю по 1-ой Советской, ибо обед, в который я непременно попадаю: гуляю, жду, пинаю лёд снег, глазею в витрины, пью кофе в кондитерской и ем пирожное "картошка". И вздыхаю, ибо хочу избавиться от щёк, а это подразумевает отказ от пироженок. А на днях Сильвия Сандерс и её мама постраяпали торт в десять этажей и кусок завернули мне. То есть у меня нет возможности сокраить объём щёк, - сами видите.
-Не кормлю вашего кота, девушка! - сообщил мне сосед. - У него скоро морда треснет. И на деревья он плохо взлетает от собак - его зад перетягивает... вообще его беда, что он добрый и доверчивый. Ко всем людям идёт.
-И клянчит вкусности возле магазина, - киваю я. - А ещё я заказала ему ошейник!
-Ну-ну, поглядим! - говорит сосед, а потом идёт, насвистывая, убирать ёлку. Да, вчера у нас во дворе выкинули новогоднюю ёлку.
Эти районы 50-60-ых, где я с детства обретаюсь, передвигаяясь от Аэрофлотской к Театру Кукол до Площади Декабристов и обратно, мне мил именно своей "кукольностью" домиков. Ибо в пятидесятые любили небольшие домики, которые сейчас иногда пытаются обновить, окрашивая в нежно-розовые, фисташковые, жёлтые и бледно-голубые цвета... во Втором Иркутске это смотрится ужасно мило и гармонично - на днях я туда утром ехала, и сердце замирало от нежности арок громадных светлых балконов, окрашенных в солнечно-жёлтые и охристые цвета... всегда странно, почему там всегда нужно повернуть? и почему нельзя ехать прямо?.. все и всегда поворачивают куда-то направо и вбок, чтобы уткнуться в серые ворота со знаком авиазавода, а потом ты едешь мимо пожарки 30-ы годов, а перед ней растут старые рябины и тонкие сосны... затем появляется мой любимый скверик 50-ых, на который я любовалась из окон больницы как-то раз, и там белеет силуэт не девушки с веслом, но молодой женщины с младенцем... у нас в Иркутске мало подобного сохранилось, ибо мы категорически не советский город, а капиталистический, купеческий, какой-угодно другой... и мне очень нравится эта молодая женщина и её силуэт. Напротив неё магазины, и я быстро кручу головой, т.к. вот уже и перекрёсток... и салатово-зелёный громадный дом... там все дома громадные - и персиково-терракотовый - с квадратами по верхнему краю... и лимонно-жёлтый, и громады серых арок, а над ними пара этажей грубо-красного кирпича, не покрытых штукатуркой, но мне очень нравится это сочетание - словно на "сталинку" поставили "хрущовку", а верх покрасили ржаво-кровавой краской... эти брутальные дома с непременными газгольдерами во дворе занимают целый квартал обычно... если на Сибирских Партизан повернуть голову, то между домов мелькнёт церковь Рождества, похожая на храма_на_Нерли, и я не могу думать об упавшем в том месте самолёте в тот момент... просто больше ни о чём не могу думать... а ведь прихожане этой церкви как-то туда просто ходят и ни о чём думают, и для них церковь уже просто часть пейзажа. Потом будет перекрёсток, где уже 70-ые так сильны, что я стараюсь "промотать" это место, повернув голову, чтоб видеть "Кафе" и его жестяную вывеску... а потом уже корпуса и фабрику-кухню завода, стеллу, похожую на шлем сурового гондорца - с крылышками по бокам и очертания военного самолёта, нацеленного носом и каждым стальным нервом в ярко-синее небо... и так мы делаем дугу, чтобы плавно подъехать к ДК, похожему на летающую тарелку - это странный и революционный конструктивизм, ставящий меня в тупик. И несбывшаяся мечта, ибо напротив стоят весёленькие голубенькие бараки, покрытые деревянной чешуей... на самом деле там лучше, чище и аккуратнее, чем в центре города, где много сайдинга, обуглившегося дерева, грязи, завалившихся деревяшек... но здесь всё настолько новенькое - с иголочки - ибо из века двадцатого, а не девятнадцатого, что чувствуешь себя немного чужой.
Но потом автобус плавно поворачивает на улицу, где мелькает ограда комсомольского парка, аллеи, милые бюргерские коттеджики, белоснежные ворота стадиона и... думаешь:
-Это все мое родное
Это Родина моя...



Collapse )
say in jest

(no subject)

Наши коллеги из Европы напомнили нам в очередной раз, что мы счастливы, ибо можем жить в России более-менее обычной жизнью, и это нужно ценить. И я ценю, но до конца четверти я доползла уже просто на капотене и парацетамоле, т.к. работала до сегодняшнего вечера как-то просто непрерывно, понимая, что где-то качество ощутимо проседает в силу закона конвейера, что ли? Короче, дышу и выгляжу как Щербакова в конце короткой программы несколько дней назад. Только полёта у меня не вышло вопреки всему. Но я "докатала" все свои программы, и хочу расстаться с дурной привычкой ложиться спать в пятом часу утра, т.к. что-то режу, клею, сочиняю или просто занимаюсь какой-то ерундой, т.к. не могу остановиться, но тем временем речь русская уже начала как-то странно хромать, а про английскую я вообще молчу и просто рада, что никто из моих детей не оценит то, что я несу. Ниже будет много фото бешеного зимнего солнца:


Collapse )
drink-drank-drank

(no subject)

В посёлке авиастроителей живёт около пятидесяти тысяч человек, и мне кажется, что это крошечный, но город. Впрочем, поэтому он и не Иркутск, а Второй Иркутск. Меня иностранные туристы раз спросили:
-Это градообразующее предприятие?
-Нет, что вы, - говорю.
Для русских туристов, если спрашивают: - "это вообще то немногое, что есть у нас промышленного, ибо у нас культурный и образовательный центр мы же торговый город, где больше ничё не умеют".

Грустно, что дореволюционное здание - дворец дет.творчества с панно собираются сносить: там раньше вокруг была система водоотводных каналов, но при строительстве многоэтажек вокруг - всё засыпали... и дом стал ветшать. Не спрашивайте - почему нельзя отреставривароть такую красоту с удивительными мозаиками...
Прочитала, что два монументальных декоративных панно, каждое площадью более 35 кв. м. Сказочные сюжеты глазированной керамической мозаики выполнили выпускники Иркутского художественного училища художники Вячеслав и Наталья Шичковы. Мозаичные фрагменты изготавливались на Хайтинском фарфоровом заводе в 70-ых годах.

Ну, а ещё у Второго Иркутска есть свой сайт, где... своя атмосфера и куча фоток. Жаль, что не всё оттуда сохраняется, но здорово смотреть чьи-нибудь чёрно-белые фотографии, где во дворах ещё фонтаны, например...



А суп поёт – ему не верь:
супы не знают жалости...
Он звонит, он стучится в дверь.
Ты говоришь: – Пожалуйста! –
Он прямиком к плите идёт,
и на твои вопросы
он говорит: – Наоборот,
я сборщик разных взносов. –
Он голосом играл и плыл,
не сборщик – балалайка:
– Ведь вы культурная, ведь вы
домашняя хозяйка. –
Сорвал на миг и, дребезжа:
– Гоните рубль на дирижабль!

И от плиты – зелёный пар,
рычит на гостя самовар...

Но гость не смущается.
Длинно-длинно
он с ней говорит. Он ей много сказал.
От синего жара, от резкого дыма
хозяйка чуть-чуть прикрывает глаза.
Тогда над плитою, над чайников писком,
над жиром, который «опять вздорожал»,
вырос сверкающий, словно миска,
круто заваренный дирижабль.
Он наливается кровью, он пухнет,
свежий, как солнце, большой, как весна.
И вот уже кубатура кухни
для тела такого смешна и тесна.
Он подымается постепенно,
и высоту забирает руль.
Он прёт в потолок, он ломает стены
и – в небо.
Вдогонку цилиндры кастрюль.
За ними чайник, потом пелёнки,
потом керосинка, стара и крива.
Да что керосинка. За ним вдогонку
плита летит и роняет дрова.
Блестит дирижабль. Белобрысый. Новый.

Ярослав Смеляков

Collapse )
catch the sun

ул. Просвещения, д.14

Прочитала про это здание здесь, на фейсбуке, узнала адрес и... наконец специально туда приехала.
Обалдеть, да? Мои фавориты: жираф, кот, лягушки и бабочки. Жаль, что здание скоро снесут. Не спрашивайте... ничего не спрашивайте - у нас в Иркутске принято сносить прекрасное, т.к. русские люди - страшные люди, любящие сайдинг и декоративный камень. Вот и всё.


Collapse )
ghost

(no subject)

Сегодня раньше, чем открыла френдленту или новости, вспомнила про "Руслан", потому что девушка-экскурсовод на фабрике бойко начала:
-Мы с вами находимся на улице Мира, бывшей улице Берия, у вас, в Иркутске, тоже есть улица Мира, - девушка осеклась, а потом начала говорить про фабрику, в каком году основана, и т.д., а я вдруг подумала:
-Там, где церковь.

При том, что... самое страшное случилось с домом по улице Гражданской, но улица Мира запомнилась тем, что там в итоге этот сквер и храм. Среди серых и невзрачных хрущовок. И я там много раз возила то детский сад, то школу, т.к. там такой... современный второй Иркутск. Там я бываю только, если работа. Старую часть очень люблю, а тут как будто водораздел (только дорогораздел) - между новой и старой частями...

Прошло двадцать два года, зима стоит тёплая, совсем не похожая на ту... и ездила я сегодня за детьми в Жилкино, а вовсе не во второй Иркутск. И в Жилкино люди живут... впервые в жизни там была, где мясокомбинат и завод - довольно неухоженное место, хотя сам район задумывался, как нечто социалистически прекрасное... но у нас не получается социалистической идиллии, как в Ангарске - чтобы коттеджи, сосны и садики, а только сплошные гаражи, окаменевшие в кость и лёд дворы, одна бесконечная парковка, короче. И железнодорожный переезд с дяденькой, который машет то жёлтым флагом, то красным. И рогоз на болотах. Коттеджи, вроде, покрашены в жёлтый и зелёный цвета, но ощущение суровой промзоны не покидает.

Вроде, второй Иркутск - это почти край света, но всё равно это так близко внутри - хоть и 97-ой год. Второй Иркутск для меня фактически другой город - впервые я там подробно оказалась в день своего тридцатилетия, зимой... просто потому, что неотложка меня увезла в медсанчать авиазавода.
Мою соседку в палате спросили:
-Вы что... никогда здесь не были?
-Что я буду сюда кататься? - я не местная.
И я молча кивнула, т.к. соседку тоже привезли на "скорой" от района танка, и я понимаю, что нога её не ступала здесь за семьдесят лет ни разу.

Сейчас я люблю и сквер, где серебристая женщина из 30-ых годов держит на руках пухлого младенца, и огромные дома-кварталы, и летающую тарелку местного ДК, и парк Комсомолец, и коттеджный посёлок начальства, и остановку кафе с самим кафе...

Сегодня внезапно задумалась, что мой самый частый сон - это невозможность уехать вечером из города Ангарска (никогда не получается оттуда уехать до конца сна), а второй самый частый сон - на меня падает самолёт, и я никогда не могу от него убежать, хотя бегу изо всех сил. Самое странное, что сон не кошмарный, а всегда радостный, что он наконец-то упал, и всё закончилось. Когда говорят, что детство - счастливое время, то я слегка недоумеваю, но потом думаю, что, наверное, это и подразумевается. Ведь там и самолёты почему-то могут десятками с неба падать, и другие страшные вещи происходить, но всё сон, всё странно, зыбко и... совершенно не реально.
catch the sun

Остатки сладки

Тут будут лежать останки сентября: ещё несколько фотографий с фабрики мороженого, с острова Юности, с острова Конный, из дореволюционного пассажа, с набережной и бульвара Гагарина. Короче, иркутская осенняя классика:


Collapse )
say in jest

(no subject)

Как только напарываюсь на характеристику не самого милого ребёнка (в каждом классе такие, разумеется, есть), то начинаю писать о чём-угодно другом...

Базаров сегодня смотрит на мою ладонь, где лежат два кубика с золотыми буквами: ZI...
-Какой кубик надо добавить, чтобы слово получилось? Какую букву? - спрашиваю, в надежде на то, что Базаров прочитает там zip.
Базаров подумал и твёрдо сказал: - ЗИЛ!


(ну, правильно... это у меня молния, а у него машины и Завод Имени Ленина/Сталина... уж не знаю, кто там сердцу Базарова понятнее).
teddy

(no subject)

Вечерняя электричка: как я уже писала неоднократно: по Транссибу можно уехать либо на Запад, либо на Восток. Из Иркутска я всегда еду на запад, где поле внезапно заканчивается жилыми домами - панельными. И девятиэтажками. Странный город без обязательной промзоны... ну или вообще какой-либо прелюдии к городу. Сейчас там появился скромный рядок гаражей, но издалека - дома вырастают либо из снежной равнины, либо из зеленого поля кукурузы. И строчка ЛЭП над... и горы вдалеке. К себе - на восток - я тоже возвращаюсь мимо:


Collapse )
angel

(no subject)

В предыдущей главе я так упоённо воспевала Рабочее, что тут придётся продолжить, т.к. есть у меня ещё мутных фотографий, которые необходимо как-то пояснять. Хотя бы художественным текстом. Потому что когда ты идёшь через речку Сарафановку (небольшой ручеек), а в сухой траве перепархивают красногрудые снегири, то кажется, что это сон, а птички - это кувыркающиеся рыбки. Но почему-то обагрённые кровью... или красные рыбки из бассейна в ялтинском детстве?..
Здесь до революции был кирпичный завод, тут же добывали песок в Каштакской пади, откуда название улицы Каштаковской.
Сейчас будет много "вкусных" для меня названий, ну да это только мой фетиш, подозреваю: здесь были медеплавильный завод, завод фосфорных спичек, мыловаренный и пивоваренные заводы, фабрика фаянсовой посуды, четыре кузницы, винокуренный завод, кожевенные мастерские, конечно же...

В детстве меня, впрочем, занимала загадочная остановка "Фучика", т.к. я была маленькой и не знала, кто такой Юлиус Фучик (уверяю вас, что большинство людей в нашем городе не знают, кто это, прожив здесь всю жизнь).

та самая тёмная и красивая икона "Рождество Христово":

heYuhUhq2Nk.jpg

Collapse )