Category: техника

Category was added automatically. Read all entries about "техника".

drink-drank-drank

(no subject)

Собственный глаз видит лучше, чем телефон, лучше, чем мыльница, но хуже, чем зеркалка. Но меня радует, что с годами техника уже приблизительно передаёт то, что видишь/чувствуешь, а ещё и (будем честны!) улучшает порой:

Разбуженный лед плакал на понедельник
к началу прихода размытых дверей.
Кто-то влезал тихо на подоконник
и с грустью смотрел на счастливых людей.
Цвет троекратно непредсказуем
на перекрестках асфальтовых лент.
Погоня за страхом быть не убитым
входит в привычку за долгостью лет.
Так начинался день…

Светлана Сурганова




Collapse )
drink-drank-drank

(no subject)

Что тебе рассказать? Не город, а богадельня.
Всякий носит себя, кудахтая и кривясь.
Спорит ежеутренне, запивает еженедельно,
Наживает долги за свет, интернет и связь.
Моя нежность к тебе живет от тебя отдельно,
И не думаю, что мне стоит знакомить вас.

В моих девочках испаряется спесь и придурь,
Появляется чувство сытости и вины.
Мои мальчики пьют, воюют и делят прибыль –
А всё были мальчишки, выдумщики, вруны;
Мое сердце решает, где ему жить, и выбор,
Как всегда, не в пользу твоей страны.

Мне досталась модель оптического девайса,
Что вживляешь в зрачок – и видишь, что впереди.
Я душа молодого выскочки-самозванца,
Что приходит на суд нагая, с дырой в груди,
«нет, не надо все снова, Господи, Господиии».
Бог дает ей другое тело – мол, одевайся,
Подбирай свои сопли и уходи.

Вера Полозкова



say in jest

"Десять капель дождя у тебя на плече, ты забыла свой зонт, ты спешила ко мне"

Вы привлекательная умная женщина с отличным чувством юмора и моральными принципами? Ха-ха! Кое-кто умрёт в одиночестве.

(с) Тёмный уголок

Погодка сегодня такая, что ветер бьёт меня по щекам серёжками, выворачивает злые шутки с зонтиком, хлещет истерично по коленям мокрой и потому противной юбкой. Пока я нянчилась с фотоаппаратом, тусовочной жизни возжелал смартфон и убежал от меня. Сперва я поехала в тот центр, где был мальчик с такими глазами... такими зелёными глазами, что я умер, я сгорел... да, я этому парню в матери гожусь!.. но не будем о грустном. Короче, он меня образумил - поезжайте туда, где купили фотоаппарат, а доламывать объектив приедете ко мне. После я побывала в эмвидео, где не могла не сожрать немного пиццы и блинков со сгущёнкой (погода, когда Карлссон ел блины!), оттуда меня послали в те дебри, где у меня автодром (Дмитрий Иваныч, "я иду сапогами по твоим слезам в городе моём" - по слезам, т.к. он до сих пор оплакивает сцепление и ту дуру, которую ему подкинула злодейка-судьба). Там я сдала фотоаппарат в ремонт - поедет в столицы отдельно от меня. На ремонт. Тут взбунтовался промокший телефон, который этим летом хочет свободы и купаться!.. купаться!.. спасибо, что не в фонтанах, милый!.. Забыла его в такси. У парня, чьё имя я не знала - т.к. смс-уведомление на тему "Во столько-то к вам подъедет Денис в тойоте королле номер такой-то" (это предыдущий...). Дома обнаружила и принялась звонить на свой слаборазличимый телефон - он ведь промок в июле!.. И не оклемался. Понадеялась, что он громко замяукает.
-Девушка, я вам телефон домой завезу в течение дня! - говорит таксист.
Через час я ему звоню и говорю: - Знаете, я волнуюсь, что он разрядится.
-А я его уже поставил на зарядку, не волнуйтесь.
-А я и не волнуюсь, - думаю. - Мой телефон в надёжных руках.
Потом вышла и... не узнала того парня. Имя, пока спускалась, тоже забыла. Парень (Алексей, его звали Алексей:) выскочил под дождь из машины, и я смутилась - мог бы просто открыть окно и подать мне его... как поступил бы Д.И., уверенный в своём очаровании... Короче, подарила пареньку зефирок. Надеюсь, что он извинит девушку, которая заставила его бегать по дождю.

Этот город я считаю своим домом. На прошлой неделе забыла мамину карточку в банкомате. Хорошо, что в родном сбербанке, как это уже бывало с моей карточкой... но они просто позвонили маме, чтобы та пришла и забрала. И всё, как обычно, закончилось хорошо.
P.S. Зонт я тоже забыла. В Солнечном. Там он будет жить до сентября.

say in jest

"от сдобы добреют..."

Для того, чтобы понять этот текст, поясню для неместных, что меня зовут Злобина Анна Андреевна.

Заполняю документ на гарантийный ремонт многостродального фотоаппарата - сегодня он попал ещё и в дождь!..
Гляжу, а там пропечатано заказчик "ЗДОБИНА А.А."
-Девушка... я злая, а не булочка, - говорю.
Все грохнули, но мама дома сказала: - Там же тоже от слова "сдоба".
-Ну, так я людей никогда в общественных местах поправлять не стану. И вообще на ошибки указывать... сама не без греха.
out of the sun

"я стою на апрельской горе..."

... Мы стоим на апрельской горе — в крепкосшитых дурацких пальто,
Оля, Настя и Рома, и Петя и Саша, и хрен знает кто:
с ноутбуком, с мобильным, в березовой роще, небесным столбом,
с запрокинутым к небу прозрачным любимым лицом
(потому что все люди — с любимыми лицами — в небо столбы).
Я вас всех научу — говорить с воробьиной горы.


Д.В.



Collapse )
teddy

и опять ми-ми-ми в эфире (оторвалась в прошлом выпуске и будет с меня!)

-Шашлычок, у тебя есть старший брат?
я, щёлкая фотоаппаратом: - Нет, крокодайл.
(моё длинное имя ему ни о чём не говорит; ибо этим двадцати кило чистого веселья всего четыре годика).
-Кто же тебя защищает?
-Сама могу... почему у тебя так всё криво написано?
-Буквы отправились на вечеринку-у-у!

SG103616.JPG
Collapse )
A.A.

(no subject)

Фотоаппарат бодро снимал в 130-ом квартале, по дороге с работы, а в парке отчего-то заупрямился и замёрз. Отогревала и уговаривала, что, мол, двадцать пять градусов это не сорок пять, но фото из парка будут со специальным зимним фильтром - мороз, называется.

А туман - туман настоящий.



Collapse )
best beloved

(no subject)

... Мы стоим на апрельской горе — в крепкосшитых дурацких пальто,
Оля, Настя и Рома, и Петя и Саша, и хрен знает кто:
с ноутбуком, с мобильным, в березовой роще, небесным столбом,
с запрокинутым к небу прозрачным любимым лицом
(потому что все люди — с любимыми лицами — в небо столбы).
Я вас всех научу — говорить с воробьиной горы.

Здравствуйте, — скажет один. — Я единственный в этой стране
защищавший поэзию от унижения,
наконец–то готов подписаться под тем, в чём меня упрекали:
— Да, это всё не стихи,
это мой живой, столько–то–летний голос,
обещавший женщине, которую я любил, сделать ее бессмертной,
а не сумевший сделать ее даже мало–мальски счастливой...

Дмитрий Воденников



Collapse )